Право на жизнь

Ведь то, что завоеватель будет лечить и кормить жителя покорённой страны, в головах не укладывалось. Когда их оставят, не обратив в рабов – рассказы аннерцев добавят хаоса и непонимания. 

Последний день перед отправкой преподнёс ещё один сюрприз. Вестовой доложил:

– Там пришли, насколько понимаю, хотят говорить с главным. Очень просят. Почти сотня, в основном женщины с детьми.

Удивлённый генерал в сопровождении Тарьи как переводчика отправился навстречу. И в самом деле, у границы охраняемого периметра ждали: Вячеслав насчитал девяносто пять гвенъя.

Разного достатка, хотя откровенно дорогих нарядов нет. Шестеро пареньков-подростков, два десятка детей от четырёх до десяти, остальные – девушки и молодые женщины. Тарья бойко начала выспрашивать, потом перевела.

– Они умоляют взять их с собой. Увидели, как мы заботимся о раненых. И остальное тоже впечатлило.

Свиридов пожал плечами. В своих людях он, конечно, был уверен, солдаты ничего «лишнего» себе не позволят… но зачем оставлять у себя потенциальных шпионов, а то и мстителей? 

– К чему они нам?

Тарья горячо вступилась.

– Им некуда больше идти. Я читала, у вас в одном из государств была такая каста – парии. Здесь что-то похожее. Древний обычай «виновного рода», когда за проступок одного вся семья, а часто и родственники становятся изгоями. Леди Эйнире рассказывала, что этот дикий обычай почти исчез, но во владениях Алмазного Полоза он процветает. И если мужчины ещё могут уехать в другую страну, добиться чего-то в людских королевствах, то женщинам эта дорога закрыта.

Их удел – самая тяжёлая работа, на которую больше никто не соглашается. Или публичный дом. Разве что сбежать дорогой игрушкой к какому-нибудь правителю из людей, но, считайте, это та же проституция – такой путь изберут немногие. Они готовы принести клятву верности на крови. А это означает, что они умрут, если вы просто поверите их в измену.

Свиридов ошарашено посмотрел на Тарью, потом на просителей.

– Ну, до такой дикости я ещё не дошёл, детей за воображаемую измену убивать.

 

На минуту генерал задумался, взвешивая плюсы и минусы. С одной стороны – балласт. С другой – это почти сотня потенциально очень способных магов, которые будут преданы колонии душой и телом. Вдобавок, совершенно иррационально их стало жалко. Такого отчаяния на лицах он не видел очень и очень давно.

– Ладно. Уговорили. С понятием гражданства этот мир уже познакомился, пусть теперь узнает, что такое политическое убежище и статус беженца.