Серый Дол

Мне только показалось, или ты действительно что-то знаешь о забрёдшем ко мне в имение звере?

Ломар внимательно посмотрел на товарища. Его выцветшие серые глаза словно пытались отыскать что-то в лице Сайна, заодно проверяя его на стойкость. Сайн выдержал этот взгляд.

- Я много чего знаю, боевой товарищ, - наконец проговорил Ломар, растягивая слова. - Много всего, что другим неведомо.

- Тогда расскажи мне, - буквально потребовал Сайн, которого душили эмоции.

- С чего бы? Не ты ли, с остальными моими боевыми товарищами, нарекли Ломара свихнувшимся дурнем, и махнули на него рукой? Теперь являетесь лишь за новыми псами, да смотрите коса на меня и на дом мой, словно противно вам находиться здесь.

Скажешь неправ я, а?

Сайн смутился, и наконец отвёл взгляд. В словах Ломара было не мало истины, и он понял, что здесь и сейчас не вправе что-то требовать.

- Не во всём ты прав, Ломар, - снова заговорил Сайн, подняв глаза и стараясь звучать как можно дружелюбнее. - Мы всё ещё друзья. Всегда ими были, и всегда будем.

Но ты ведь и сам знаешь, что стал вести себя странно, с тех пор как поселился здесь. Если бы ты тогда, как другие, похоронил эту штуку...

- Не смей даже заикаться об этом, Сайн! - резко рявкнул Ломар, будто и сам на секунду стал сторожевым псом, огрызнувшейся на того, кто потянулся к его миске. - Меня ничуть не интересует твоё мнение.

- Хорошо, - Сайн кивнул и выставил руки ладонями вперёд, в знак своего согласия и покорности. - Но послушай: на мою дочь, Зану, напал какой-то зверь.

Она серьёзно ранена, не знают выживет ли. Я баюсь за неё, и за остальных дочерей тоже. А Шанта носит под сердцем ещё одного ребёнка, который должен родится к середине зимы.

- Ты никогда не умел во время остановиться, верно Сайн? - съязвил Ломар, довольный собой.

Сайн оставил его слова без внимания. «Если это сделает Ломара разговорчивее, пусть потешается в волю» - решил он, а в слух продолжил:

- Я должен защитить семью, но не могу, пока не буду знать, от чего их защищать.

И если ты что-то знаешь, прошу, расскажи.

- Просишь, - повторил Ломар, словно пробуя это слово на вкус. И судя по выражению его лица, вкус этот ему совсем не нравился.

- Молю, если твоему слуху так будет приятнее. Молю тебя, Ломар, скажи, кто ранил мою дочь.

Некоторое время они молчали. Ломар вдруг отвернулся и глянул на свой дом. Сайн проследил за его взглядом и ему показалось, что какая-то чёрная тень скрылась за одной из приоткрытых ставень.