Серый Дол

В лесу же было не видно ничего дальше двух-трёх шагов за стволами у тропы. Могучие древа склонили свои ветви на дорогой так низко, что едва не касались голов сидящий спереди волхарин, а иногда тем всё же приходилось пригибаться.

Где-то во мраке заухала сова, затем какой-то зверь протяжно и визгливо залаял вдали. Это лес был полон неведомой жизни, сокрытой в тенях.

- Илия, погляди-ка, - обратилась к ней Весна через плечо, и девочка, вздрогнув, стала озираться по сторонам.

- Вон там, смотри, - женщина указала рукой куда-то вправо от дороги, и присмотревшись, Илия поняла, что одно из деревьев, одиноко стоящее на небольшой поляне, и не дерево вовсе.

Однако не успела она спросить у Весны, что видит перед собой, как так потянулась к фонарю и повернула его свет в сторону этого странного ствола. И тогда Илия поняла, что перед ней тотем. Высотой в четыре человеческих роста, не меньше, он стоял в самом центре поляны.

- Это наше священное место, - сказала Весна, отпуская фонарь и оставляя его качаться на жерди. - Мы не ходим в церкви, как вы, не строим храмов в черте поселений. Только в лесу можно обратиться к Серебряному Волку. И только при свете Рунона.

- Почему? - спросила Илия, продолжая глядеть на тёмный силуэт тотема, ощущая одновременно благоговение и страх перед чем-то древним и диким.

- Потому что Серебряный Волк живёт там, наверху. Купается в лучах Рунона, и только в его свете может видеть, что происходит у нас, внизу.

- Значит ему нельзя молиться дома?

- Нет. Строго говоря, мы и не молимся ему. Я имею в виду, что у нас нет заученных молитв и песнопений, как у Церкви Властителя. Но если мы хотим обратиться к своему покровителю, нам следует прийти ясной ночью в одно из таких мест, и поговорить с ним. Рассказать, не кривя душой, что нас тревожит, поведать о наших мечтах, надеждах и страхах, может быть робко попросить помощи.

- А кто вас слушает?

- Серебряный Волк, конечно.

- Нет, я не то имела в виду, - Илия задумалась, стараясь подобрать нужные слова. - Ну, когда мы с отцом приходим в церковь, пастор Тарон слушает наши исповеди, наставляет, даёт советы.

- Ты спрашиваешь, есть ли у нас пастыри и клирики?

- Угу.

- Нет. Нам они не нужны. Старики передают молодым истории и сказки о Серебряном Волке и деяниях его.