Серый Дол

«Что же это может быть?»

Превозмогая боль в глазах, Ронар глянул вперёд и увидел он перед собой только десяток розовых, толстых свинушек, с закрученными хвостиками, хрюкающих, шевелящих пяточками и возящихся по пояс в грязи. Запах, совершенно точно, исходил именно от них. Странно, но прежде Ронар ничего подобного не замечал. Ему казалось, что эти животные пахнут весьма прескверно: звериным потом и говном, если говорить прямо. Но сейчас он понял, что так только снаружи. Внутри же у них крылось нечто иное, нечто прекрасное.

Нечто тёплое. Нечто, что может утолить его голод.

Слюна потянулась из его рта длинной прозрачной нитью. А ноги вдруг налились силой. Да, он ощутил, что готов пробежать целую лигу, но только если по направлению к этому чудесному запаху. Благо, что ситуация того не требовала. Вот же его источник, всего в каких-то десяти футах от него.

Полностью отдавшись на волю своего инстинкта, вероятно, что иного выбора у него и не было, Ронар перестал мыслить здраво. Все мысли о том, что правильно и неправильно, что можно и чего нельзя, растворились во мраке, в котором утонул его разум, обнажив ту первобытную природу, что присутствует в каждом человеке, и что не знает слова «нет», а лишь слово «хочу».

Ронар перемахнул через ограду и кинулся вперёд. Свиньи испуганно завизжали. Он набросился на первое же перепуганное животное. Повалил на землю и испытал неописуемый восторг, почувствовав тёплое, трепыхающееся тело под своими руками. Свинья попыталась вырваться, но это лишь предало Ронару сил, и он прижал её к земле.

Пальцами ощутил пульсацию - то билось живое сердце, разгоняя по венам горячую кровь.

«Хочу!»

Ронар впился ногтями в плоть. Свинья завизжала так истошно, как только может вопить живое существо, которое рвут живьем на части. Она отчаянно семенила ногами и одним копытом угодила Ронару в левое колено. Резкая боль заставила его отпрянуть, но прежде чем свинья сумела подняться, Ронар, обуреваемый голодом и злобой, кинулся на неё снова. Обхватил обеими руками за толстую шею и повалил, сам перемазавшись в грязи и помёте, но ему в тот миг было это столь же безразлично, сколь и свиньям.

Сцепив руки в замок, он сдавил шею свиньи, что было сил. Теперь, сколько бы животное не вырывалось, оно не могло высвободиться из его крепких объятий. Он продолжал душить животное всё сильнее, пока не послышался хруст. Шея была сломана, и тело хрюшки забилось в предсмертной агонии.

Ронар встал на колени и снова впился руками в бок своей жертвы.