Сильнее пламени

Порой даже, вовсе не заглядывая в эти свои личные предварительные записи, теперь вдолбленные в голову, как «Отче наш» или таблица умножения, за предыдущие бессонные сутки:

– Самым главным у натовцев чином заявили на время поездки некоего господина Маркуса Стронга.

Позволив собеседнику привыкнуть к иностранной фамилии, Бокарев продолжил характеризовать сановного янки:

– По факту он на самом деле возглавляет секторальную сибирскую комиссию по ограничению ракетного вооружения меньшей и средней дальности.

С благоговейным, каким-то, шелестом Виталий Павлович перевернул страницу в своём блокноте:

– Следующий в служебной иерархии у них, по всей видимости, идёт Джошуа Гровс, по основной «легенде» он – представитель подкомитета Конгресса США.

При этом Виталий Бокарев едко усмехнулся:

– Но на самом деле, хотя этот господин и является действующим и достаточно высокопоставленным сотрудником Центрального Разведывательного Управления, а в предстоящей миссии тоже не более чем просто «ширма» для отвода глаз в большой игре.

При этих, явно обозначивших интригу, словах заводского особиста, ни один мускул не дрогнул на холеном лице академика. Так как, на самом деле, своим безудержным откровением «никакой Америки» перед проницательным собеседником Виталий Бокарев вовсе не открыл.

– Ты лучше скажи, кто у них в компании самый головастый? И кого следует опасаться более всего? – прервал Дмитрий Окуневич столь важные откровения в ожидании куда как более интересных данных.

Он попал в самую точку.

– Действительно, третьим в составе делегации значится рядовой научный сотрудник Вильям Блейк, – ответил начальник службы безопасности. – Вот о нём-то особый разговор!

Один раз за сегодняшний день, уже успев угодить академику, он теперь уже потерял всякое смущение перед его высоким авторитетом:

– Молодой, гад, да ранний.

После чего попытался объяснить руководителю этот свой и довольно неожиданный вывод:

– Чуть ли не светило всей заокеанской науки по тем же самым химическим соединениям, что мы сами в лабораториях нашего химического завода разрабатываем.

Однако названное в разговоре, это имя заокеанского учёного оказалось совершенно не знакомым Дмитрию Окуневичу. И академик не мог не усомниться в предполагаемых уникальных достоинствах гостя:

– Не слыхивал про такого.