Опальный маг

Не то чтобы он ожидал чего-то большего, но был слегка разочарован. Не из-за того, что она выглядела как-то бледно после болезни, но на лице её было странное выражение, абсолютно несерьёзное и смешливое, что заставило его озадаченно почесать за ухом.

Перехватив взгляд Нэдфилда, Фея пустила ему в глаз солнечный зайчик, отчего тот окончательно растерялся, от неожиданности засунув палец в нос.

Правительница здоровалась с каждым за руку, спрашивала пару общих фраз, и кандидаты, что-то отвечая, проходили дальше, усаживаясь за трибуны.

Когда дошла очередь Нэдфилда, Фея взяла его за руку и спросила:

— Почему вы решили стать Советником?

— Спасти мир от зла, — ляпнул Нэдфилд, припомнив антисоциального мага. Других причин, почему он здесь, у него точно не было.

Эвредика подняла на него взгляд слегка удивлённых синих глаз. Хотела что-то спросить, но, передумав, сделала ему знак проходить дальше.

Затем им раздали листочки, в которых содержались подробные вопросы: назвать правителей соседних стран, формы правления, методы разрешения конфликтов, сильные промышленные отрасли Гвилберда, выращиваемые сельскохозяйственные культуры Страны Роз и прочая белиберда, что Нэдфилда в целом не затрудняло, только вызывало страшную зевоту.

После каждого вызывали, сажали на скамеечку напротив стола комиссии, брали их листочек, и другой советник с заумным видом задавал вопросы, а Фея в это время держала кандидата за руки.

— А зачем вы держите нас за руки? — спросил Нэдфилд, когда Фея знаком показала, что он свободен.

— Детектор лжи, — кратко ответила Эвредика, потирая рукой уставшие глаза.

Через час мальчик-паж позвал всех обратно, и было объявлено, что из тридцати оставшихся кандидатов в Совет были выбраны Семь Талантливых Разумных и Инициативных жителей: Гвендион, человек; Сарбастьян, человек (и раньше уже бывший в совете Гвилберда); Нэдфилд, гоблин; Ролгард, тролль; Драмьяна, эльфийка; Светозар, человек (именно он); Марисса, бессмертная.

Воспользовавшись моментом после объявления кандидатов и многочисленных поздравлений, Нэдфилд проскользнул поближе к Фее и шепнул ей на ухо:

— Мне надо с вами срочно поговорить. Дело жизни и смерти.

Эвредика выглядела слегка озадаченной его словами.

— Я слушаю вас, сударь.

— Не здесь. Это реально очень важно. Уделите мне пять минут, как вся эта суматоха закончится с выборами, — опасливо оглянулся по сторонам Нэдфилд, явно переживая, что его могут услышать.