Дитя Ужаса

Слишком много сил и нервов вложено в это предприятие.

Дормасар вышел из укрытия и принял облик призрака. Он снова перестал быть частью материального мира, мог видеть то, чего не видели другие, но не научился до конца понимать это. Стремительным рывком он преодолел несколько сотен метров за секунды и оказался прямо возле мага и друида. Левой рукой Дормасар схватил за запястье руку Орнаеля, которая держала горло Розалана. Сжав ее неимоверно сильно, заставил отпустить мага. И в довершение всему поднял хранителя леса над собой и кинул его на землю.

Все произошло настолько неожиданно и быстро, что Орнаель не понял, что творится с его телом. Не понял, какая сила действует на него. На время боя он забыл о Дормасаре. И только теперь ему стало ясно… Резкая боль в спине от падения... Друид понимал, что нужно как-то отползти, укрыться. В следующий миг чудовищный удар призрачного кулака лишил Орнаеля сознания.

Архимаг, вспомнив рассказ друида об их враге, догадался, что это Дитя Ужаса явился на поле брани.

- Наконец-то ты объявился, а то я начал скучать здесь! – закричал архимаг. – Давай спляшем с тобой! Как насчет танца в огненном кругу?

Дормасар обернулся. От его туманного силуэта исходили потоки призрачной материи. Ему приходилось слышать о Аэборе, а сегодня и увидеть в бою. Признаки безумия читались на его лице, и Дормасар подумал, что правильно сделал настоящий Розалан, подставив своего начальника.

- Мне твой огонь не страшен! – ответил странник. – Для вас я почти неуязвим! – но взглянув в глаза противника, стал менее уверен в своих словах.

Оставшиеся в строю воины смогли организоваться и хотели снова напасть на Аэбора. Последний, заметив это, окончательно вышел из себя.

- Ах вы жалкие твари! – закричал в порыве гнева он.

В следующий миг в его руках появились два огненных хлыста. Раскрутив их в воздухе над собой, Аэбор начал бить ими рыцарей. Доспехи им не помогли – кнуты резали их панцири, как нож растопленное масло. Ночь снова озарилась пламенем. Солдаты гибли в огне. Дормасар засмотрелся и даже немного восхитился мастерству своего врага. Через некоторое время поляна перед аванпостом оказалась усеяна погибшими рыцарями.