Дитя Ужаса

И он был недалек от истины. Отряд действительно возглавлял Розалан, теперешний глава гильдии магов. Только никто, кроме Дормасара, не знал, что тело мага-предателя захватил Дэдер. Если Аэбор узнал это, то обрадовался бы еще больше.

- В сундуках есть арбалеты и снаряды к ним! Хватит шататься без дела, давай заряжать! – агрессивно крикнул Великий Друид.

Архимаг пропустил дерзкий тон мимо ушей, понимая правоту слов своего временного союзника. «Потом можно будет убить и этого лесного недоростка», - вдруг пронеслась в голове Аэбора мысль.

Зарядив все имеющиеся арбалеты и положив каждый возле бойницы, Орнаель увидел, что отряд уже совсем рядом, а через мгновение услышал, как стрела ударилась о каменную стену рядом с отверстием. Час битвы наступил. Друид поднял оружие и выстрелил в одного из всадников. Тот схватился за шею, из нее брызнула красная жидкость. Орнаель попал точно между панцирем и шлемом, именно туда, где воины были меньше всего защищены доспехами. Конь, ощутив в это миг, что произошло что-то страшное, что с его хозяином что-то случилось, неистово заржал, встав на дыбы.

В короткий момент пока целился, Орнаель заметил несколько чародеев в составе отряда. Понимая, что это самые опасные противники, друид схватил новый арбалет и полез на верхнюю площадку аванпоста.

Рыцари сразу заметили появившуюся цель и начали прицельный огонь из луков. Спрятавшись за стеной, Орнаель ждал подходящего момента, чтобы высунуться и выстрелить в одного из магов.

Решетка на дверях заброшенной сторожевой башни была, как ни странно, поднята и атакующих от защищавшихся отделяла лишь деревянная дверь. Аэбор прекрасно знал это. Он спокойно ждал гостей с двумя арбалетами в руках и сидя на стуле. В момент, когда какое-то из заклинаний чародеев противника разрушило преграду, архимаг нажал на спусковые крючки. Резко откинув орудия, так как времени перезаряжать их не было, он ринулся вон из здания.

Несколько всадников подскочили к нему, намереваясь взять в узкое кольцо окружения. Их мечи хищно блестели, а глаза, полные гнева и ярости, не моргали. Темные и большие фигуры свысока взирали на безумца, который когда-то правил ими.