Раубриттер (IІ. - Spero)

И с Берхардом, судя по всему, он не прогадал.

- Опасная затея, мессир рыцарь, не знаю, что и сказать. Я сам всякий раз, когда возвращаюсь из Альб, ставлю самую большую свечу Святому Николаю. Там, бывало, и зоркий как сокол дня не выдержит, а уж слепой-то…

- Я не беспомощен.

- Расскажи это мантикоре, которая сожрет твою печенку!

- Мантикор не существует. Это крестьянские сказки.

Берхард издал неприятный смешок.

- Мантикор, может, и не существует, а вот многие другие штуки – как раз существуют. Чёртова Купель… Паданица… Куриный Бес… А еще – обвалы, ледники, осыпи… До Бледного Пальца здоровому человеку четыре дня идти, а тебе-то…

- Ты получишь щедрую плату за свои услуги.

Берхард хитро усмехнулся.

- Только если будет, кому платить. Ну а коли ты, мессир, изволишь издохнуть где-нибудь на середине пути? Кто мне тогда корону баронскую даст?

- Ты говоришь, будто бы у тебя есть другие наниматели, Берхард Однорукий.

Берхард шумно выдохнул – упоминание прозвища уязвило его, да и не могло не уязвить.

- А что, если и так? – жёстко спросил он, - Быть может, его сиятельство маркграф Лотар предложит больше?

***

Гримберту захотелось запустить глиняной кружкой прямо в ухмыляющееся лицо Берхарда. Возможно, он так и поступил бы, если бы мог предугадать, где оно находится. Нет, спустя секунду подумал он, пытаясь расслабить руку. Не запустил бы. Ему нужен этот наглый тип, считающий себя большим хитрецом, нужен, чтобы добраться до Бледного Пальца. А там… Альбы – и в самом деле опасное место, опытных ходоков они пожирают с таким же аппетитом, как и новичков.

Никто не удивится, если обратно он вернется один.

- Ты не пойдешь к Лотару, - спокойно и раздельно произнес он, - Просто хочешь набить себе цену.

- Не пойду? Почему же?

Гримберт загнул один палец, надеясь, что это выглядит достаточно внушительно.

- Я не первый день в Салуццо. Все знают, что старый Лотар не показывается из своего дворца с самой Железной Ярмарки.

- Это верно, - нехотя согласился Берхард, - Говорят, как помилование императорское получил, так и заперся в своих покоях.

То ли прощение у Господа вымаливает, то ли стыдно своим подданным на глаза показаться после всего. Иные говорят, и вовсе головой повредился после того, что Паук с его маркграфством учинил. Только мне ведь аудиенцию просить ни к чему, довольно будет сказать пару нужных слов его слугам.

- Возможно, - легко согласился Гримберт, отставляя пустую кружку, - Только ты их не скажешь.