Раубриттер (IІ. - Spero)

Подобно душам праведников, они тут же устремились вверх, переливаясь в струях рассеянного солнечного света, он же камнем пошел ко дну, как и полагается всем грешникам.

***

Гримберт инстинктивно дернулся всем телом, как пловец, пытающийся всплыть на поверхность, но доспех лишь неуклюже шевельнул орудийными стволами, тщетно пытаясь имитировать движения хозяина. Жидкость подо льдом, может, и не была водой, но своей плотностью слишком уступала этой груде стали.

Выбраться. Гримберт едва было не активировал экстренное открытие бронекапсулы, но мысль эта, хвала Господу, истаяла сама собой, как только он сообразил, что будет, когда бронекапсулу захлестнет этой дрянью.

- Господи, Господи, Господи, - бормотал он одними губами, но слова эти, утратив свой смысл, звенели в черепе колокольным звоном, - Дьявол, дьявол, дьявол…

Если бронекапсула не герметична, если в обшивке есть хоть одно отверстие… Если он не загерметизирован… Если…

Он вдруг содрогнулся в кресле от мягкого толчка – это лапы рыцаря коснулись дна.

Озеро подо льдом оказалось не таким и глубоким, он смутно видел контуры дна в зыбком, пробивающемся с поверхности, солнечном свете.

Не паниковать, приказал он себе, ощущая, как капли пота кипят на раскаленной коже. А может, это и не пот вовсе, а просочившаяся внутрь кислота из этой огромной чаши… От ужаса он едва не рванул доспех вперед изо всех сил, разрывая и без того подточенные временем стальные связки и сухожилия.

Нет. Нельзя спешить. Даже не видя ничего вокруг, он твердо знал направление, а дно было достаточно ровным и каменистым, чтобы он мог идти по нему, как по твердой земле. Ему попросту надо держать курс и не поддаваться панике. Тогда есть надежда выбраться. Тогда…

Гримберт мысленно приказал сердцу не трепетать в груди, обливаясь горячей кровью. Приказал так, точно оно было простейшим серво-насосом. Не паниковать. Пауки не паникуют. Даже оказавшись в исполинской ванне, полной агрессивной концентрированной кислоты, огражденные от нее лишь тонкой стальной скорлупой…

Он заставил доспех двинуться вперед спокойными размеренными шагами.

- Неси меня, - пробормотал он одними губами, ощущая, как натужно работают его стиснутые под броней потроха и механизмы, - Неси меня, ты, старый железный ублюдок. Вытащи меня отсюда – и я отблагодарю тебя, как умею. Облачу в многослойную пакетную сталь, лучшую из всех, что существуют на свете.