Превосходство Неодарённого. Том 1 и Том 2

Недолгая пауза.

— Ладно. Это, конечно, хорошо... Но, может... хочешь поплакать?

Еле удерживаю чай во рту. Что? Серьезно? Поплакать? В Варгоне в этом возрасте я уже убивал и точно пережил одну пытку инквизиторов. И не помню, чтобы плакал хоть раз. Орал, да. Но не плакал.

Заставляю себя улыбнуться:

— Да что-то не хочется.

— Хм... ну ладно... Хочешь может... что-нибудь? Кстати, тебя правда понизили до первого этажа?

Да хватит ты на меня так смотреть, женщина.

— Да.

Женщина бледнее, стареет лет на десять:

— Ну.

.. ничего. Мы это переживем. Лишние два года. Мы справимся. Я договорилась с начальством.Мне разрешили подрабатывать еще по воскресеньям. Главное, что ты цел.

Поразительная семья. Получается, я живу за счет этой леди? Странно, что предыдущий хозяин этого тела не повесился от стыда.

— Я бы отдохнул... мам.

— А, да-да, конечно.

Мама подскакивает, хватает меня под руку, словно я калека.

— Пойдем, мой сладкий.

Первый раз в этом мире тошнота подступила к горлу. Я — сладкий? Серьезно?

Мама чуть ли не за ручку отводит меня в комнату с ковром на стене и плакатами какого-то мужчины с татуировками по всему телу.

Он кривляется, высунул язык. Написано «Моргенштерн». И почему эти картины здесь висят? Что приятного в созерцании мужиков? Особенно таких. Ладно бы красивая женщина.

Быстро осматриваюсь. Два шкафа, два стола. Двухъярусная кровать. Все пошарпанное. Куча разбросанной одежды. И даже трусы с носками. За одним из столов сидит мальчишка лет пятнадцати. Курносый, тощий, в грязных обтягивающих штанах и майке, немного ускоглазый.

Рядом с ним три тарелки и пять кружек.

— Марк! — возмущается мама, усаживая меня в кровать. — Сколько тебе еще раз сказать убраться в комнате?

— Мам, я в данже, выйди!

Мальчишка с выпученными глазами пялится в коробку с движущей картинкой и лупит пальцами по доске с кнопками. Это что? Как телефон, но только большой? Так, думай... думай... Компьютер!

Мама вздыхает, смотрит на меня:

— Отдыхай, мой сладенький.

— Отфай мофь слафенький.

.. — бубнит мальчишка, передразнивая маму.

— Перестань, Марк! Это не смешно! Твоего брата побили, между прочим!

Не отрываясь от компа, «брат» хмыкает:

— Опять?

— Это твой брат, Марк. Пожалуйста, поддерживайте друг друга. Ваш отец учил вас сплоченности. Вы — семья.

— Да-да, конечно. Отца больше нет. Мам, я же сказал выйти. Отвали, а! — чуть ли не визжит мальчишка.

Мама будто постарела еще лет на десять, вздыхает, хочет выйти, но...

Замахиваюсь.