Пылающая Башня

Повадки дальней родни госпожи Лу, вызывали в Раздоре странное сочетание чувств. Словно бы он оказался в компании хищника, что вот прямо сейчас не собирается его убивать и есть… Хотя раздумывает об этом, каждый раз, когда смотрит на него.

- Да, дорогая, все спокойно. – Великан вернулся к экипажу, протягивая руку показавшейся в проеме женщине. Тоже очень высокая, но заметно ниже своего спутника, она воплощала собой аристократичную бледность и надменность. Очень красивая и изящная фигура, затянутая в темно-синий бархат платья.

Высокая прическа приподнимала угольно черные волосы женщины, открывая и подчеркивая изящные линии длинной шеи. Она так и не ступила на грязную твердь деревенского погоста. Она парила над землей, удерживая в правой руке изящный костяной посох, увенчанный крупным синим камнем.

- Господин Голод, госпожа Холод. – Раздор постарался исполнить изящный придворный поклон, что показывала ему госпожа Лу, в краткие перерывы их приватных уроков… Он сам понимал, что получилось не очень.

На фоне двух никополеанских аристократов, он - деревенский маг-недоучка смотрелся словно дворняжка рядом с двумя породистыми гончими.

- Ты принес деньги, смертный? – откинув капюшон, скрывавший лицо, заговорил великан. С каждым словом охотника на монстров, Раздор все отчетливее видел пару длинных клыков. Значит учитель не врал, говоря, что госпожа Луэлла состоит в родстве с детьми ночи, что относятся к простым людям так же, как смертные к своей домашней скотине.

- Да, господин Голод. А вы? Добыли то, что заказывал мастер?

Великан, оставив руку своей спутницы, провел ладонью над землей на уровне своего пояса. В тусклой голубоватой вспышке перед ним появился эфемерный стол – твердая иллюзия. Сняв с плеча сумку, великан достал из нее два массивных стеклянных сосуда, запечатанных сургучными пробками. Внутри емкостей словно бы плескался жидкий огонь. Ярко алая субстанция излучала свет и тепло, мгновенно разогнав ночную темень кладбища в разные стороны, словно огромный костер.

- Кровь саламандры, два литра, как уговаривались. – Голод, легендарный охотник на монстров с усмешкой посмотрел на смертного. К столу, ковыляя под непосильной ношей подошел упырь, что исполнял роль слуги и кучера у этой парочки кровососов. Он с кривой усмешкой сбросил увесистый куль, что притащил на спине. Ноша упала в грязную лужу у ног смертного окатив того с ног до головы.

- А вот и шкура, смертный.