Временщик 2

— А с остальными что? — смотрел я на дверь, за которой скрылся Труло. — Они согласятся?

— Конечно, ребята с пониманием.

— Только я сомневаюсь, не сольете ли вы меня при первой возможности.

— Обижаешь. Мы и клятву принести можем. С Пулем три земных года были вместе. С той поры, как из Отстойника выбрались.

— Земных?

— Ага, — расслабился мордоворот, уже думая, что дело идет по накатанной. — У этих пергов в году то ли шестьсот восемьдесят шесть, то ли шестьсот восемьдесят семь дней. Но обычно когда существо говорит «год», стоит понимать, что оно имеет в виду счет, который ведется в его мире… Так что, заключаем договор? Полную безопасность мы гарантируем.

— Пулю, я смотрю, вы не очень помогли, — сказал я, прислушиваясь: вроде шаги.

— Кто просил его пить твое варево? — пожал плечами собеседник. — Мог ведь тебе сначала дать попробовать. Вот если кто кинулся бы на него с оружием… — Он красноречиво впечатал кулак в ладонь, давая понять, что случается с такими недотепами. 

Но в целом я понял: уже пошел процесс торга.

Товар показывают лицом, чтобы заинтересовать купца. А время не то что идет, оно подобралось к тому моменту, ради которого все и затевалось.

Дверь отворилась тихо, без всякого шума. Сначала вперед толкнули Лиция со связанными руками. Следом появился Труло с пленницей. На Рис было больно смотреть. Я молчу о путах и синяках, которые они оставили на руках. Связали даже кисти, чтобы она не могла свободно пошевелить конечностями. Но, черт возьми, зачем девушке кляп в рот засовывать? Неужели так боялись?

Труло недоуменно уставился на нас, потом на пустое кресло Пуля.

Снова попеременно стал глядеть то на подельников, то на меня. Было видно, что голова — не самая сильная часть тела мордоворота. Но мы ждали, боясь нарушить установившееся хрупкое равновесие.

— Он чего… того? — указал Труло на кресло.

Переговорщик кивнул, мотнув головой в мою сторону. Теперь Труло не сводил с меня глаз, с сомнением осматривая, будто я экспонат в музее. Понятно, раздумывал, как так получилось, что его шеф мертв, а я жив.

Но именно сейчас был стратегически важный момент, который можно использовать. Потому что противник растерян.

— Развяжи их.

Мой голос звучал спокойно, без повышенных тонов. Обычно таким просят передать за проезд или покупают хлеб. Наверное, поэтому он подействовал так мощно. Труло вздрогнул, точно на него наорали, и заискивающе посмотрел на приятелей. Однако те отвели глаза. Просто замечательно.

— Развяжи, — с нажимом повторил я.