Временщик 2

Полуголый архалус держал в одной руке клинок, а в другой — младенца-ангелочка.

На каменных лавках (привет, геморрой!) сидело несколько существ. Что меня удивило, тут находилось двое Игроков из людей, трое пергов и один аббас. Поодаль на невысокой одноместной скамье расположился сам Вифеил. 

Первое ощущение, которое я испытал, увидев командующего, — страх. Здоровенный, на фоне остальных выглядящий как молодой Шварценеггер рядом с Александром Курицыным. Со свежим шрамом на щеке и опаленным правым крылом.

Весь его вид говорил о том, что это не существо, а стихия. Пусть временно мирно дремлющая, но стоит ей проснуться — худо будет всем. И еще меня очень смущала плашка Огнеборец над командующим.

— Илия, что случилось? — его голос прогрохотал как сошедшая с гор лавина.

— Этот Игрок очень хотел поговорить с тобой. По поводу одного из пленников.

— Корл… — нахмурился Вифеил. — Поэтому я не поверю, что ты пришел с выкупом за какого-нибудь оранжевокожего пособника хвостатых.

— Ты прав, я здесь чтобы просить не за них, — мой голос на фоне баса командующего выглядел юношеским фальцетом.

Я прочистил горло и продолжил: — У тебя мой друг, Троуг.

— Этот расхититель крипт и гробниц — твой друг? — Вифеил нахмурился так, что теперь его бровями можно было раскалывать крупные камни. — У людей есть поговорка: «Скажи, кто твой друг, и я скажу, кто ты».

— Нет-нет, я ничем подобным не занимаюсь, — поспешил заверить я сердитого гиганта. — Для меня было большой новостью, что Троуг промышлял… этим.

Насколько знаю, он давно ведет мирный образ жизни в Отстойнике.

— Преступление перед архалусами не имеет срока давности, — отрезал командующий. — Осквернитель должен гнить на рудниках.

Ага, тоже мне, нашелся, Жеглов ангельского разлива. Но договариваться надо, иначе Троугу крышка.

— Может, я могу предложить вам пыль, и мы забудем это досадное происшествие?

— Что? — подскочил на месте Вифеил. — Ты оскорбил меня дважды. Первый раз — когда назвал осквернение могил моих товарищей досадным происшествием.

А второй — когда решил, что можно дать немного пыли и забыть об этом!

Ох, язык мой — враг мой. Формулировки, всегда все дело в формулировках. Можно сказать одно и то же разными словами. И вместо гнева получить одобрение. Ладно, попробуем.

∞

— ...гнить на рудниках.

— Я скорблю вместе с вами по поводу осквернения могил ваших товарищей. Это неподобающее поведение для любого представителя моего вида. Именно поэтому я здесь.