Хреновая работа

— И что же дальше? Что мне делать в этом… отпуске?

— Я помогу тебе. Советом, силой, всем, чем попросишь.

Я открываю жалюзи. У порога «Неба» все еще толпятся преследователи.

— Ну, тогда помоги – меня до твоего порога провожали одержимые. Охотник меня нашел.

— Сделай все сам, я дам тебе силу.

Он положил руку мне на плечо, я вздохнул и почувствовал, как в глубине души разгорается белое пламя. Зажмурился на миг, а потом, открыв глаза, сказал: «Именем Его освобождаю души сии от проклятья, ступайте с миром.

Огонь во мне сразу погас, словно угли, залитые водой. Осталось лишь ощущение серых холодных хлопьев, летящих внутри.  «Во мне было так много тепла, что вода становится пеплом»,- усмехнулся я. Да, я люблю очень разную музыку.

А стоявшие снаружи люди словно начали просыпаться. Одни сразу уходили, другие сперва недоуменно рассматривали фасады окружающих зданий. В конце концов улица опустела. Лишь один остался стоять. Он долго смотрел на дверь, потом повернулся и медленно пошел по улице.

Я обернулся к Михаилу.

— Пойду узнаю, что с ним.

— Теперь ты можешь себе позволить и сочувствие, и благотворительность,— улыбнулся Михаил, — пользуйся. Да, многие поначалу забывают, но, чтобы жить тихо в человеческом мире нужны некоторые вещи.

Он протянул мне небольшой рюкзак.

— Тут все, что нужно.

— Прощай, Михаил. И вот еще что. Думаю, я больше не Вершитель

— Кто же ты?

— Я… Я разберусь.

— Да, разберешься, я в это верю.

Михаил еще долго стоял у окна.. Высокий, хмурый, с тронувшей темные волосы сединой. Как сказал бы любой увидевший его со стороны – солидный мужчина, уже в годах, но не растерявший силы. Он смотрел как его собеседник выходит из дверей, набрасывает на плечи рюкзак и подходит к другому, стоящему на коленях.

Михаил вздыхает и отворачивается. Только шепотом произносит:

— Бог с тобой, Вершитель. Хотя нет, не с тобой… Бог с вами теперь обоими…

Amen

Небо над городом затягивало грозовое облако. С одной стороны гас последний луч солнца, с другой уже появилась луна. Удивительное время, столкнулись свет и тьма, день и ночь. И для меня этот момент особенный, я снова выхожу исправлять ошибки.