Хреновая работа

Толпа прыгает в такт, по воздетым вверх рукам бьют разноцветные лучи. Звуковые удары подстёгивают. Меня тоже затягивает в эту толпу. Кричать неразборчивые и непонятные слова и отдаться ритму, пока он не выпьет из тела все силы. Как далеко от нас африканские барабаны и пляски у костра. Я имею в виду не географически, а во времени — и всё равно гены помнят. Откуда-то из глубины прорывается желание стать частью толпы. Но человек — это не только память тела и не только гены. Поэтому я обхожу танцующих и сажусь за столик.

Не к Сергею, за соседний, но он меня даже не заметил — она уже сидела рядом. Мой коктейль почти смешан.Музыка заглушает всё, поэтому они кричат, чтобы услышать друг друга. Какое смешное место для свидания.— Зачем ты меня сюда вытащил?— Соскучился, наверное.— Ты даже не знаешь, соскучился ты или нет. Мы же всё уже решили.— Давай так — ты всё решила…— Не перекладывай всё на меня!Пожалуй, пора. Я иду к диджейскому пульту. Кричу песню и протягиваю купюру. Диджей отрицательно мотает головой. Я читаю по его губам: «Старая». Добавляю ещё две бумажки. Опять мотает. Добавляю бумажку другого цвета. Диджей уважительно смотрит на меня и кивает. Я возвращаюсь на своё место. Да, пора кое-кому здесь напомнить, что Бог есть любовь.— И всё-таки ты здесь. Зачем ты приехала?— Ты позвал. Я... я завтра улетаю.— И куда ты летишь?— Это совершенно неважно. Ты меня больше не увидишь. Я пришла проститься.Музыка изменилась. Резкие переливы света над танцующими стали плавнее и перестали бить по глазам. Хрипловатый голос заполнил танцпол: «If you've been hiding from love». Толпа начала редеть: многие решили охладиться у барной стойки, оставшиеся слились в пары. Я встаю и приглашаю девушку за соседним столиком, она вкладывает свою руку в мою и мы уходим мимо моих подопечных. «I can understand where you're coming from», — продолжает выводить певец неизвестные слова. Они уже не говорят. Молчат и смотрят друг на друга, а потом встают и тоже уходят на танцпол. Когда сказать нечего, можно выразить мысли движением. «If you'd suffered enough»… Они танцуют рядом с нами. Этот современный медленный танец, когда слившиеся в одно два тела медленно раскачиваются в такт музыке. Он молчит, уткнувшись в её волосы. Она прижалась к его плечу, на глазах слёзы. Впрочем, это просто резкий свет слепит глаза. «I can understand what you're thinking of». Она поднимает лицо к нему. «I can see the pain that you're frightened of».