Великая Охота

Гоблин взревел и, опережая собратьев, кинулся на меня, намереваясь откусить голову. Напоровшись на мой клинок, он сбил меня с ног. Падая на спину, я, напрягшись что есть мочи, перекинул его через себя, но тут же пришлось уворачиваться от очередной атаки.

Бок кровоточил, на другом добавилась еще пара царапин. Я начинал уставать, но и количество гоблинов несколько поубавилось. Я не сомневался в конечном результате, однако, отделаемся ли мы малой кровью, вот в чем вопрос.

Внезапно я почувствовал приближение знакомой силы.

Отбив выпад секиры, я наотмашь рубанул клинком, разрезая чью-то плоть, и побежал навстречу человеку в плаще, державшему в руке одноручный меч. Естественно гоблины хлынули следом. Сконцентрировав силу в полуторнике, я отмахнулся, выпуская на врагов черную волну. Конечно, она доставит им куда меньше хлопот, чем виретонским стражникам, но на несколько секунд задержит.

Когда до вновь прибывшего воина оставалось несколько шагов, я отчетливо услышал многочисленные, почти одновременные щелчки, донесшиеся со стороны леса. В тот же миг небо над  полем обезобразил град арбалетных болтов.

Окровавленное тело Хлодвига мутной картиной отразилось на задворках сознания. Я рванул так, что земля от толчка пошла трещиной. Сбив нерадивого ученика с ног всем своим весом, я оказался на ней и облегченно улыбнулся, понимая, что два болта так и не поразив Хлою, пробили мне легкое.

-Учитель…- растерянно пролепетала она. 

Я не смог сдержаться и на выдохе обагрил ее лицо кровью, хлынувшей изо рта. Медленно встав на колени, я выдавил из себя:

-Бегом за лошадьми… Дура!

-А вы?

-Бегом!!!- крикнул я и едва не подавился новой порцией крови.

Она вскочила и побежала обратно. Я огляделся по сторонам. Около трех десятков рыцарей Ордена Щитов верхом на лошадях неслись на поле боя. Гоблины, выдирая болты из тел, злобно глядели на новых врагов, готовясь к рывку.

В этой кутерьме я встретился взглядом с Критрексом. Жестом показал ему сначала на Брэндона, затем в сторону леса. Он, поняв меня, кивнул.

Большой опыт позволил мне с помощью силы заглушить боль и заставить ослабшее тело вполне сносно двигаться. Но сражаться с такими ранами я долго не смогу.

Я отступал к опушке, где остались наши лошади.