Серебряный. Под знаменем перемен

Однако глупо было отказываться от удовольствия, тем более, когда его так настойчиво и виртуозно предлагают.

Лэрд дошел до покоев, в которых проживали гости со Скалистых островов. В этот раз он не стал сковывать охранников плетением, а терпеливо ждал в гостевой комнате нужного ему человека.

- Что случилось? - сонно щурясь, в дверях появился наследный принц Фельсевера.

Князь учтиво улыбнулся, приветствуя молодого человека.

- Я знаю, что в вашем государстве есть традиция братания кровью.

Глаза Рамира возмущенно распахнулись.

- Обязательно интересоваться нашими обычаями глубокой ночью? Или тебе просто не спится?

Янаур неопределенно пожал плечами.

- Чтобы ты сделал, если бы узнал, что твоему кровному брату грозит скорая гибель?

Принц нахмурился.

- Если уж ты без этого не уснешь, поясню: по нашей традиции ритуальный кинжал дарится всего один раз. Человека же, который стал моим братом, уже давно нет в живых.

- А если я тебе скажу, что это не так? И сейчас самое время вспомнить о своих клятвах?

Рамир гордо вскинул голову.

- В Скалистых землях не принято их забывать!

Тело ломило. Оно словно было разобрано на отдельные фрагменты и каждый болел по-особенному, создавая невыносимую какофонию ощущений, от которых хотелось избавиться, сорвать с себя, как вторую, ненужную кожу или просто умереть. К тому же опять эта невыносимая тряска, от которой его жутко мутило. Дим не открывая глаз, прислушался к окружающему миру. Впрочем, нет не тряска. Скорее… скорее… качка! Он открыл глаза. Вернее, всего один, так со вторым повторить подобное действие оказалось невозможным.

Он и в самом деле был в каюте корабля. Дим как мог огляделся. Уютная обстановка, белые простыни, приглушенный мягкий свет ламп, а самое главное никаких кандалов, цепей и палачей. По крайней мере в поле видимости единственного глаза.

Однако даже эти простые движения вызвали новый приступ боли и он, смежив веки, вновь попытался отрешиться от всего происходящего. Ничего изменить он все равно сейчас не мог, а на большее вряд ли был способен.

В следующий раз его заставил открыть глаза, звук открывающейся двери. В каюту вошел аккуратно одетый мужчина, аров пятидесяти с небольшим саквояжем в руках, который он поставил на стол, рядом с кроватью и стал деловито раскладывать его содержимое. Заметив, что Дим открыл глаза и наблюдает за ним, посетитель улыбнулся и учтиво поклонился.

- Доброе утро, господин[4]. Рад, что вы наконец пришли в себя.