Кольцо Тора

Сын вождя поднес к сухим еловым веткам факел.

Занялось мигом. Весело затрещал ельник, вспыхнула вытекающая смола.

Прогоревший пепел собрали в большую серебряную чашу, а все имущество покойного уложили в большую яму, вырытую на берегу. Десять дней и ночей ссыпали в кучу камни и землю.

Недолгая тризна, и вот уже ладьи отправились дальше, уже под командованием сына погибшего вождя.

Глава 2

Игорь зевнул, глянул в безоблачную глубину синего неба и смачно врезал себе по уху, норовя свести счеты с надоедливым комаром.

Однако крылатые паразиты испарились с первыми лучами солнца, а результатом удара стал только легкий утренний бодрячок от грамотно проведенного "цуки".

- Подъем, оглоеды, кончай ночевать! - Игорь подобрал сухую шишку и метко швырнул ее в раскрытый полог палатки.

Брезент опасно колыхнулся и из проема, жизнерадостно матерясь, выбрался Кубик.

Вообще-то изначальное прозвище у Владимира Берсентьева было "Метр в кубе", однако за годы использования расширение стерлось, остался только "Кубик".

Когда Абрек, он же Абреков Игорь Сергеевич, сполоснув лицо в ледяной воде ручейка вернулся на место ночевки, к отчаянно зевающему Вовке присоединился и третий член экспедиции.

Мише, худому очкарику интеллигентного вида, не слишком повезло с фамилией. И уж вовсе неясно, о чем думали его родители, давая сыну при всех раскладах такое имечко.

В том смысле, что фамилия была - Квакин. Стараниями советского писателя, родственника щекастого реформатора, образ хулигана стал нарицательным, а имя было уже перебором.

Когда "классная" представила "пятиклашкам" длинного, сутулого новичка, Абрек даже растерялся:

- Не, ну что ты будешь... это уже издевательство, - протянул он, обращаясь к соседу по задней парте. - И как его теперь окрестить?

- А давай, - подвинулся к приятелю Вовка, - например, Лешим. Какой он, к псам, Квакин? Даже не "Фигура".

И, странное дело, кличка прижилась. А через какое то время троица стала крепкой и сплоченной командой.

Окончив школу, товарищи предсказуемо отдалились. У Лешего появилась своя компания из студенческих эрудитов, Кубик все чаще стал пропадать на сборах и соревнованиях по тяжелой атлетике.

А сам Игорь, отслужив срочную, и озадачив всех знавших его как отчаянного шалопая, поступил в школу милиции.

Прошло почти десять лет. И вдруг, судьба, разбросав бывших друзей, свела их снова, когда каждый уже получил свою долю кнута и пряника.