Крепость в облаках

Сама же комната напоминала какой-то склад или даже рынок, на потолке висело много цепей и крюков, внизу были люки, здоровенные, шагов пятнадцать в длину. Наставница потянула меня к плите.

- Это и есть та самая комната, куда прилетают лодки и поднимаются платформы, это стол для управления. Видишь, здесь рычаги, они открывают люки, они пронумерованы, на цепях должны висеть лодки для полетов, вон там, видишь, люки неплотно закрыты – это платформы. Ты, наверно, и не запомнил всего этого в первый раз. Так, я пока тут разберусь, как этим всем командовать, а ты поищи, есть ли лодка или платформа, или все маги забрали, поторопись, а то вдруг они скоро вернутся.

Боюсь, в таком случае они будут с армией, да и наши мертвые друзья нас уже рыщут, а от них мы точно не отобьемся.

Я коротко кивнул и передал де Ларье в руку светящийся шарик, а себе зажег новый. Прошелся вдоль комнаты, лодок не видно, люки с платформами хоть и приоткрыты, но не поддаются, видимо, чтоб неопытный маг не открыл их и не упал на землю.

Согласен с таким решением, ведь какая глупая и нелепая смерть-то получится.

Уже почти совсем отчаялся, когда свет моего заклинания попал на самый последний люк в зале. Над ним, словно ожидая нас, висела одна лодка, да, действительно, лодка. Такая же, как и у любого рыбака в империи, да только побогаче. С красивой резьбой, сзади лодки здоровенный морской руль, словно он поможет в воздухе, отличная находка, но вот только она заметно меньше, чем я ожидал, длиной всего шагов пять, причем часть лодки занята рулем.

- Нашел, двадцать третий люк, но она небольшая, – сказал я, подойдя к девушке, а пол себя заметил, что световой шарик уже совсем погас, видимо фокус в главном зале забрал все силы.

- Ну, обнимемся, если понадобится, я вроде бы разобралась, что тут и как. Видишь руну на маленьком камне? Это руна «возврата», с ее помощью, зная эту руну, на лодке или платформе можно вернуться сюда, нарисовал руну на лодке или платформе, и она сама полетит в Троакастер.

Умно, очень умно, это карты, а вот рычаги открывают люки, колесо опускает лодки. Двадцать третий говоришь? – С этими словами девушка дернула рычаг номер двадцать три. В лодочной сразу стало холодно, и подул сильнейший ветер, дышать стало тяжело. Так вот как там, на улице.

Девушка крутанула колесо с таким же номером и похромала в лодке, не обращая внимания на ветер и летающие бумаги, свист и холод, словно она так делает каждый день.