Изнанка. Том 2.

Внезапный шум исходящий снаружи прервал мой ответ, даже не дав ему начаться. Я было не обратил на него внимание, мало ли, что там может происходить, но реакция Радогира, когда он беспокойно оглянулся, подсказало мне, что так быть не должно. И я был прав в этом суждении. Спустя непродолжительное время, с усилением шума, на пороге оказался знакомый силуэт. Кого, кого, но не его точно я ожидал увидеть.

- Тимотиос? - впрочем, это было вполне логично, зная его отношение. - Так и знал, что в моем пленении замешан ты, - на одном резком выдохе выдал эту фразу, но затем снова заметив лицо Радогира понял, что ошибся.

- А ты что еще за Тимотиос? - резкий удар в челюсть имел способность менять любые планы и он свалился на землю, как набитый мешок.

Тут в проходе появились Рурк и Колпак. Второй, бросив быстрый оценивающий обстановку взгляд, направился ко мне и стал освобождать от пут. Наверное, все это время мое лицо приобрело, не будет сказано принижающий, ошарашенный вид, чему Рурк время от времени, когда не был занят наблюдением потенциальной опасности, усмехался.

- Что вы здесь делаете? - нарушил я устоявшуюся на время тишину, когда каждый понимал свою роль и просто этим занимался.

- Тебя спасаем, а то ведь не ясно, - саркастически ухмыльнулся Тимоти.

- То есть я хотел спросить почему вы здесь, то есть почему вы меня спасаете? Вы ведь уже должны были покинуть город.

- Тебе правда сейчас нужны эти ответы или все же позаботимся, как нам отсюда сбежать?

Здесь пришел в себя пленитель и что-то тихо промычал.

Одним движением его подняли на ноги. В это время меня окончательно освободили от цепей и я, наконец, мог растереть себе руки и ноги в тех местах, где были наложены оковы. Тимотиос вышел наружу для наблюдений, исчезнув; впрочем, звуки его движений давали понять, что он рядом. После небольшого мычание, Радогир совсем замолчал, ладонью накрыл свою челюсть.

- Снимай с него ошейник, - невзначай бросил ему Рурк, словно отдавал приказ одному из членов отряда разжечь костер или какое другое бытовое действие совершить.

Кряхтя, покачиваясь и как-то показательно вальяжно, как бы показывая, что даже в таком положении оставляет за собой право хозяина, он поднялся на ноги; аккуратно, насколько это возможно, вырвал кусок ткани из своего рукава, затем также показательно медленно сложил его, и приглаживая, вытер выступившую из нижней губы росинку крови, при этом как бы между делом бросив свое “нет”.