Изнанка. Том 2.

Но тут же искал себе оправдание тем, что как можно подумать подобное на такого человека.

Иногда мой шаг переходил на бег, но тут же я себя осекал. В итоге получалось что-то между, будто преступник пытается скрыться, не привлекая внимания. На этом моменте даже умудрился ухмыльнуться.

Наконец я у места. Признать, поджилки ослабли. Но не от страха, а от… удовольствия? От того волнения, которое появляется от тяжелой цели, которую столько преследовал и вот-вот у порога достигнуть.

Не став долго с этим затягивать, я быстрым шагом взобрался по ступеням и перемахнул через дверь.

А затем через центральный холл еще через одну дверь. Не постучался, просто открыл, благо была не заперта, несмотря на темень.

Он сидел за письменным столом, когда я вошел и даже не озаботился на меня взглянуть, пока не дочитал что-то на листе в своей руке. Помещение было ярко освещено, а в окнах простирались огни от уличным ламп, стоящих посреди того самого сквера. От этого его, как мне виделось, пренебрежения захотелось без всякого диалога сразу же размозжить ему череп, но все же понимал, что подобных прецедентов быть не должно, а верховенство закона имеет место преобладать даже в суде над самыми ясными негодяями.

А то, что он именно таков, во мне не было колебания.

- Судя по звуку твоего топота, ты ко мне не с самым добрым намерением, - тихо, и также медленно поворачиваясь сначала шеей, а затем и всем корпусом прямо на стуле, произнес он.

Наши взгляды пересеклись.

- Вы арестованы, - спокойно произнес я и внутренне добавил: «у вас есть право хранить молчание…».

- И это вас так веселит? - его глаза сверкнули. Видимо сам того не замечая, я слегка улыбнулся от собственных мыслей.

Еще какое-то время, совсем немного, может даже секунд пять мы молчали. Но за этот короткий промежуток в моей голове прошел целый вихрь из предполагаемых мною событий. Только сейчас я немного поругал себя за слишком быстрое и необдуманное решение. Надо было все же сначала предупредить ребят, чтобы они собрали всю нашу братию, выражусь так, и окружили здание, а то мало ли.

Не знаю почему, но легкая паранойя разыгралась во мне. Одновременно с этим я понимал, что хотел буквально, даже осознавая всю неправильность, разорвать его на части. Так быть не должно – такие люди не заслуживают суда, а затем еще и жизни, хоть и под стражей. Однако человек местами сломан, а значит, система должна существовать и властвовать над человеком, придуманная этим же человеком.