Изнанка. Том 2.

Я прошел с десяток рядов, пока не очутился перед тем самым.

- Ты что, твою мать, издеваешься? – выругался я на клерка, который так и остался там, у прохода, и не слышал меня.

Книги были прикованы толстыми цепями. Я заплатил, куда большую цену, рассчитывая, что унесу с собой, а на деле же оказалось, что… «Так ведь можно и страницы вырвать» - не сразу сообразил я. «Но все не вырвать, а как узнать, какие точно нужно – это необходимо прочесть книги целиком, но время…» - гнев порождался во мне, но нельзя было терять драгоценные секунды, поэтому я принялся открывать одну за другой, и, не читая, лихорадочно вырывал листы.

- Этим книгам не одну сотню лет вообще-то, - тяжелый голос раздался у меня за спиной. Я резко, даже слишком резко, обернулся. - Впрочем, я тоже не сильно книги люблю. Не понимаю я их. Что в них можно найти такого, чего не найти в жизни? Чему они могут научить такому, чему не научит жизнь? Волкер, однако, видит в них все. Кстати, думаю, он сильно разочаруется, когда узнает о тебе.

- Вы довольно разговорчивы сегодня, - ответил я Вэлиасу. Глаза забегали, но забегали осторожно, не выдавая себя. Кажется, он был один, но зная его, все, что я видел перед собой – обман.

- Ты просто меня плохо знаешь. Я, видишь ли, люблю поболтать перед тем, как убью своего собеседника. Мертвецы ведь никому не расскажут, что услышали.

Он стоял, прислонившись плечом к полке, откровенно издевательским взглядом смотря на меня. Как всегда весь облаченный в черное, он напоминал пришедшую смерть, только без косы, и лицом свежее.

- И давно вы меня выслеживаете?

- С того момента, как ты мне не понравился: с первого дня, - ухмыльнулся он. – Да, таких, как ты нужно держать на контроле постоянно. Вы иногда полезны… до поры до времени, но почему-то всегда сворачиваете не туда. Хотя как почему – ответ очевиден: честолюбие. Но само по себе, признаюсь, считаю честолюбие не плохим качеством. Необходимым даже. Плохо, что оно смешивается с эгоизмом. Ты талантлив и способен, отрицать не буду, и многое успел сделать для города.

- Но вы решили меня убрать, - перебил я его.

- Будем честны, скоро твой вред преувеличит твою пользу.

- Необоснованно и абстрактно.

- Ты не первый, ты и не последний. Знаем, проходили, - выдохнул он как-то тяжело.

Я молчал, давая ему говорить. Продумывал ходы, но вместе с тем замер, не зная, что делать, кроме очевидного прямого прорыва. Но вот незадача: мой враг – сам Тёмный.