Дракон Свирепый и искатель приключений

Рыцари в нынешние времена что-то совсем отощали, такого даже жрать не хочется. С большой голодухи, и то вопрос.

— Ну, чего хотел? — недружелюбный янтарный взгляд упёрся в парнишку.

Тот нервно сглотнул, не зная, с чего начать.

Свирепый вздохнул и, поражаясь сам себе, налил гостю чаю.

— Я Нерри, младший сын мелкопоместного дворянина, мнившего себя большим, — прихлёбывая чай из блюдечка, представился юнец.

Дракон равнодушно пожал могучими крыльями, показывая, что имя ему ничего не говорит, и что ему нет дела до какого-то там сына неизвестного дворянина.

— Ты ведь дракон Свирепый, сын Лютого, что слил свой разум и служит магу Маргелиусу Альгвардскому?

На словах «Маргелиус Альгвардский» дракон скривился, как от кислого лимона:

— Нерри, или как там тебя зовут. Если ты ищешь сумасшедшего мага, то он торчит на Коралловом острове, где живут драконы, в гостях у моего отца, без стыда и совести жрёт и пьёт за их счёт и свалить на свой Север не торопится. Вот выйдешь от меня, иди на северо-запад и через месяц встретишь полоумного мага.

— Э, нет, я же не самоубийца — идти на остров. Мне к тебе надо, — возразил Нерри.

— Ко мне? И что ты у меня забыл? Я не в ответе за дела своего отца и чокнутого мага, — сумрачно высказался Свирепый, в глубине души жалея, что он вообще родился в Мире Воителей и сыном единственного дракона, что додумался слить свой разум с безумным магом.

Дракон уныло сплюнул.

— У меня к тебе деловое предложение, — набравшись храбрости, выпалил на одном дыхании сын мелкопоместного дворянина.

Поймав красноречивый взгляд дракона, который явно не доверял предложениям от всяких залётных проходимцев, Нерри поперхнулся, но, собравшись с духом, продолжил:

— Я предлагаю тебе пойти со мной.

— Куда пойти? — не понял дракон.

Нерри на секунду замялся, не зная, как поточнее обрисовать своё предложение, чтобы дракон сходу не оторвал ему башку или не вышвырнул из пещеры.

— Стать моим спутником и другом. А чё, будем путешествовать. Тебе же самому в пещере гнить надоело до чёртиков, еще тяжёлая наследственность подавляет.

— Какая ещё наследственность! — взбеленился дракон, аж забыв про блюдечко с чаем и свои любимые баранки, и обманчиво ласковым взглядом уставился на новоприобретённого спутника.