В Цепях Вечности

Камень погружается все глубже, прожигая себе путь сквозь внутренности к задней стороне шеи.

Медведь мечется с выпученными глазами, катается по траве и вдруг – затих, раскинув руки. Он лежит лицом вниз. Над трупом с окровавленной дырой в шее поднялся камень-глаз. На нем с шипением испаряется кровь, такого же бурого цвета, как и он сам.

Лурин отдышался и встал. Вытащив у Медведя из-за пояса нож, он направился к землянке, где крепко спят, не потревоженные шумом борьбы остальные разбойники. Камень-глаз летит впереди.

Глава 5

Карт и Венора обнаженные лежат под простыней в комнате постоялого двора. Девушка лежит к наемнику спиной, тот все еще крепко прижимает ее к себе. Лицо наемника пересекает, закрывая изуродованный правый глаз, черная повязка.

Карт выпустил девушку из объятий. Чувство холода в животе напоминает, что рядом с ним – колдунья, но оно теперь притупилось.

За окном брезжит серый рассвет.

Венора встала и подошла к столу, где лежит ее дорожная сумка. Вытащив лоскут бумаги и мешочек с травами, она свернула самокрутку и прикурила от тлеющей на поставке лучины.

Она вернулась в кровать. Теперь дыхание девушки источает терпкий запах трав.

- Ты провел меня, Тириз Карт, - сказала она. – Как ты узнал о заклятии, что наложила на меня мать?

Наемник покачал головой.

- Не знаю. Но я это сделал не только, чтобы защититься. Ты мне нравишься, ведьма.

Венора затянулась и выпустила дым в светлеющий воздух.

- Как-то в детстве я ругала мальчишек и клялась, что, когда стану взрослой, убью любого мужчину, который меня обидит.

- Значит, виноват не я один, - усмехнулся Карт.

- Я просто забыла о маминых словах. Не зря она мне говорила держаться от наемников и солдат подальше.

- Думаю, все матери советуют такое своим дочерям.

- Иди к черту.

- Не злись.

- Я не смогу тебя убить сама, - сказала девушка, - но это не значит, что за меня это не сделает кто-то другой.

Девушка встала и принялась одеваться. Карт последовал ее примеру. Он вдруг заметил, что перед ним не двадцатилетняя девушка, а взрослая женщина, много чего повидавшая в жизни. Выражение ее лица стало более зрелым, кожа чуть постарела, но Венора оставалась столь же красивой.

- Знаешь, я видел в полудреме Лурина, - сказал он.