Оскал лавины

 – Всю опасность для путешественников и горнолыжников, инициировав взрывами мощных артиллерийских фугасов сход вниз с вершины тысячетонного сугроба.

И тогда уже никакая лавина не могла бы помешать движению через перевал плановых туристов и альпинистов со здешних турбаз и альплагерей:

– Их, после похода тогда ждали внизу счастливые деньки купания в море, и знакомства с южными пляжами.

Но то – в прошлом…

Теперь за хребтом идет война.

Граница закрыта. А через автомобильные таможенные посты-переходы даже откровенный психопат не сунется перевозить то, чем набиты сейчас до отказа эти самые «пеналы» из, гофрированных продольными полосами, алюминиевых листов.

Такому особому товару один путь – там, где самые внимательные пограничники не ожидают появления чужаков.

…Таймураз шел наверх без остановки.

Торопился как можно быстрее уйти от подножья перевала, пересечь скорее предательские щели кулуаров:

– Где никак нельзя было спрятаться при возможном возвращении вертолета.

– И такое иногда бывало, – помнит Таймураз. – Когда ставило на грань срыва все им досконально продуманное.

И лишь его, какое-то, чуть ли не волчье чутьё опасности, да запоздалая удача стороной проносили беду.

Плотно набитый рюкзак за спиной опытного восходителя весит немало, но без него нельзя.

Потому, что хотя и сковывает движения, но заботит его иное:

– Хватило бы груза на осуществление задуманного!

Внимательно глядя единственным глазом на то место, куда, по его опыту, только и следует ставить ногу, Таймураз поочередно, один за другим, врубает ботинки, в образующиеся снежные ступени.

Лишь привязанные на них стальные «кошки» позволяют не скользить на обманчивой поверхности наста, а уверенно идти наверх.

И сегодня – всё как всегда.

Помогает и то, что он хорошо ориентируется в знакомых местах, точно знает каждый метр предполагаемого пути. Глубокий снег, мешавший поначалу – в самом низу, теперь вовсе не в тягость. Уже не приходится с таким трудом порой вытягивать ноги из пушистого снежного месива, сменившегося плотным настом.

Ещё выше поднявшись в гору, он встретил желанный, куда более крепкий – уже фирновый путь. По нему, цепляясь острыми зубами «кошек», можно было идти совсем легко и уверенно.

Что и делает Таймураз.

До самого последнего шага на седловину перевала не позволяет себе расслабиться и потратить даже несколько минут драгоценного времени на передышку.