Путь даэдра

Глаза с вертикальными зрачками будто смотрели внутрь меня, буравили.

− Так ты Эльд… − с расстановкой произнёс даэдра. – Непослушный Эльд! Если ты с нами не вернёшься сейчас в Обливион, сильно пожалеешь! Ты должен это сделать!

− Да никому я ничего не должен! Может, я и вернусь, но для начала расскажи мне, кто ты такой да чего тебе из под меня нужно?

− Меня зовут Наро, я дремора − служитель Мерунеса Дагона. Что же касается тебя, то неизвестно ничего! Кто ты, что ты… всё покрыто мраком. Но в этом мире ничего нельзя изменять, поэтому тебя нужно срочно изловить и вернуть в Обливион.

− Может, я вернусь в Обливион, если получу ответы на некоторые вопросы. Первый вопрос: как вы меня сейчас нашли?

− На сундук было наложено зачарование. Мы знали, что ты придёшь к Алтарю Рождённого Небом, но не догадывались, когда. Поэтому расставили в ближайших местах своего рода ловушки.

− Хорошо, второй вопрос: почему все думают, что я в этом мире что-то изменю? И ещё! Кто меня сюда послал?

− Кто послал, мы не знаем, но ты способен сейчас изменить многое в этом мире.

− Спасибо за пояснения, в Обливион я не вернусь, потому что мне ответы нравятся, но не совсем! − с этими словами я подхватилопёртый на сундук посох. 

− Ах, ты гад! – в глазах дреморы вспыхнуло багровое пламя, он шагнул ко мне, занося меч над своей головой. Парировав его удар клинком, я отступил на два шага, потому что удар дреморы оказался сильным и ошеломляющим.

С разворота я выстрелил из посоха. Ударивший в дремору шар огня оказался небольшим – в магическом камне оружия заканчивалась энергия.

− Кентах! Держи вход! – прорычал дремора, кривясь от боли. Затем стряхнув с себя пламя, ринулся в атаку.

− А ты смотри, чтобы он не спрыгнул в колодец!− на верхней площадке показался ещё один дремора, как две капли воды похожий на первого. 

В колодец прыгать я не собирался: это может быть ловушкой.

Дремора оказался мастером боя – ловко отшагивал в сторону и уклонялся. Неожиданно распрямившись как пружина, он перерубил посох и быстро ударил сверху. 

Удар, второй, третий… Я лишь успевал отбивать летящий клинок, высекая снопы искр. 

− Теперь ты умрёшь! – лицо дреморы стало хищным, самодовольным.