Костяной Скульптор. Том 1

Скорее всего каждый из этих скелетов состоял из костей не одного десятка разных людей, но это было не так важно.

Куда важнее было качество этих костей, и за этим я старался следить, насколько это позволяла полная темнота. Обладатели этих костей должны были быть взрослыми людьми, не слишком старыми и достаточно сильными, что я определял по длине и весу.

Также результат моих стараний должен был быть достаточно сбалансированным, то есть в одном скелете кости должны были примерно совпадать по параметрам. Я не мог себе позволить, чтобы левая нога была сильнее правой.

Иначе в бою, когда всё будут решать доли секунды, я не смогу правильно координировать свои движения.

Из-за стольких ограничений с каждым новым собранным комплектом поиск нового становился всё сложнее. В кромешной темноте, без необходимости во сне и отдыхе время тянулось очень странно, но я был уверен, что потратил на сбор шести полных комплектов не меньше недели.

Так что перед тем, как приступить к слиянию, я позволил себе несколько часов полежать и поболтать с Жюстиной о всякой всячине.

А в этом она, надо признать, была великим мастером.

Всего за один час я успел узнать, что горничная Альси воровала драгоценности из шкатулок, что студент башни Клаум подбивал к Жюстине клинья, хотя был несколько раз грубо отвергнут, что Архимаг в постели полный ноль, хотя всегда пыхтит и старается за троих, что платья с расклешённым подолом вышли из моды, но Жюстине пришлось надеть одно такое на званый вечер, и она потом убивалась по этому поводу целую неделю, что…

Я слушал этот нескончаемый поток сплетен и, как ни странно, чувствовал успокоение.

Словно в уши мне лились не сплетни, а шум морских волн или потрескивание костерка.

И плевать, что в этих рассказах не было смысла, что сама Жюстина, как, скорее всего, и все те, о ком она говорила, и как, возможно, вся свободная республика Нотль, уже мертвы много десятков, если не сотен лет. Да будь это всё даже просто выдумкой, я бы нисколечко не огорчился…

Однако кости шести скелетов сами собой с моими не сольются.

Поднявшись, я начал долгий, муторный и крайне неприятный процесс слияния. В отличие от зуда, которым сопровождалось присоединение новых костей, объединение приносило самую настоящую и довольно сильную боль.

При этом мне предстояло испытать эту боль на каждой косточке своего организма при каждом слиянии. А это, между прочим, больше тысячи раз, и Жюстине пришлось проходить через всё это со мной, ничего поделать с этим я не мог.