Костяной Скульптор. Том 1

Меч часового я тоже успел присвоить и теперь, взяв в две руки по клинку, а ещё двумя удерживая щит и бастард, выскочил из-за поворота и на максимальной скорости рванул к человеку. Забрало я поднял, чтобы он мог видеть голый череп и горящие в глазницах огоньки.

Мужчина, похоже, ожидал от врага такого манёвра, поскольку на его лице на секунду расцвела довольная улыбка. Но, когда в свете кристаллов он разглядел моё лицо, улыбка тут же растворилась, а её место заняла гримаса недоумения и испуга.

Держа в руках пару коротких топориков, даже на вид выполненных из крайне качественного металла и бритвенно острых, он принял боевую стойку, от которой за версту разило большим опытом и высоким навыком.

Своими мечами я заблокировал его оружие, заклинив мечи между топорищем и самим топором, и у него просто не хватило времени, чтобы защититься от опускавшегося на голову бастарда. Шлем мужчина не надел, то ли потому что торопился, то ли потому что решил, что в этом не было особого смысла.

В любом случае, это стало его фатальной ошибкой. Решив не терять инициативу, я припустил вдогонку за сбежавшим человеком и нашёл его, лихорадочно ходящим туда-сюда по пещере, пока последний член группы натягивал на себя кольчугу. Не воспользоваться ситуацией было бы просто преступлением.

Заблокировав выпад щитом, я напрыгнул на одевавшегося здоровяка, и пока его руки были связаны на до конца натянутыми рукавами кольчуги, всадил оба меча парню в живот.

Главным в отряде, похоже, являлся убитый мой лесоруб, судя по его приказному тону и по тому, что остальные были сильно моложе, однако навыки последнего уцелевшего парня оказались даже выше. К тому же мои мечи остались в брюхе того, кого назвали Прадом, и атаковать в четыре руки было больше невозможно, а приключенец ушёл в глухую оборону, то ли ещё надеясь на возвращение лесоруба, то ли просто не в силах отойти от шока.

В результате всё как-то очень затянулось. Мне потребовалась почти минута, чтобы мощными безостановочными ударами бастарда выбить клинок из его рук и прорубить его тело от ключицы до груди. Хорошо, что он остался последним, а то всё могло бы оказаться куда сложнее.

В конце подошёл и добил Прада, стонавшего от боли и уже изрезавшего пальцы до костей, пытаясь вытащить мечи из своего живота.