Баттонскилл 3: Рабство Кольца

Рядом стояли преподаватели Селена и Тай Лун. А ещё в сторонке пошатывался Тегрий Палыч, и было видно, что его вырвали прямо с весёлой вечеринки. Под глазом Тегрия красовался синяк – видимо, знатная заварушка сегодня была в гималайской забегаловке.

Мы-то прекрасно помнили, что наш куратор получил от того желтоглазого Оркоса плату за службу в таверне Белый Гном. И для нас было неожиданностью, когда Гномозека поставил твёрдое условие: «Никому об этом!»

Поэтому здесь и сейчас Тегрий присутствовал, как наш куратор, а мы должны были делать вид, что всё прекрасно.

Меня стали одолевать некоторые сомнения. Ну, я же напрямую видел, что Тегрий предатель, и общался с Оркосом. А тут непонятное требование от ректора…

Могу ли я доверять Гармашу Дворфичу?

Слишком, ну слишком много неясностей для моей головы. Вздохнув, я начал выкладывать:

– В общем, Гимли Кольцетреский давным-давно на собрании Высших рас, когда решали, что делать с кольцом, долбанул по нему топором.

– Замечательно, – улыбнулась Селена, – А мне казалось, что они меня совсем на уроках не слушают.

– Георгий, мне не нужны прописные истины… – усмехнулся ректор, – Признаюсь, что мы учим в академии, что кольцо было просто уничтожено. Так, Селена?

Селена Лор, вздохнув, кивнула:

– Именно. Хотя я, господа плееры, совершенно несогласна с этой позицией, – поспешила добавить она, будто оправдываясь.

К моему стыду, я не помнил такой лекции. Да, если честно, с приколистом Борей я половины её лекций не помнил, если только она не рассказывала что-нибудь более интересное, чем «совокупность экономических и политических факторов».

– И в то же время наши студенты заявляют об осколках… – улыбнулся Гармаш, – Так?

Я поджал губы. Не хотелось выдавать никого. Ни Молчаря, который первый рассказал нам об этом. Ни дриад, которые, как мне кажется, поведали нам ещё более страшные секреты.

Ректор ждал, и мне уже надо было что-то сказать.

– Ну, потом эти осколки вроде как похитили павшие расы, – я пожал плечами, – И попытались утащить через Прорывы обратно к «властелину с той стороны».

– Так, – задумчиво похлопал по бороде Гармаш.

– Ну, вот эти самые Прорывы теперь и называются Великими, их семь штук. И вроде эти осколки так и не попали на «ту сторону», а остались навечно внизу. В этих Прорывах.

– Ну, «внизу» не совсем верно, – поморщился гном, – Прорыв – это скорее свёрнутое пространство, с другим течением времени. Кротовая нора, есть у нюбсов такой термин.

– Чего? – вырвалось у Бобра.