Баттонскилл 3: Рабство Кольца

И будто мигнуло что-то на стене, как раз за плечом Биби, за трухлявым ящиком. Мигнуло таким синим, сапфировым цветом, и едва заметно заискрилось.

– Братан, там нет прохода, – зашипел Бобр, когда я стал протискиваться мимо Биби к каменной кладке.

Глава 4, в которой штабеля

Кое-как протиснувшись, и откинув от стены ящик, я припал к каменной кладке. На древнем кирпиче, вылезая из шва, поблёскивал мох. Мягкий, будто плюшевый, отдельные прожилки в нём мерцали, словно пропитанные светоотражающей краской.

Самый настоящий, тот самый, что так любят гномы…

– Чего там, Герыч?

– Мох, – ответил я, поддевая ножиком бахрому на камне, – Синий.

– Ой, – заволновалась Биби.

Пришлось сдуть пыль, стряхнуть немного грязи. И вот я, с улыбкой до ушей, перевалился назад, гордо держа синий лоскут над головой, словно олимпийский огонь.

– Вот, Биби, тебе нужно съесть…

Парни заинтересованно замерли, а Биби переглянулась со львицей, а потом часто замотала головой. Она с подозрением смотрела на мох, в глазах так и было написано, что какую-то штуку, срезанную со стены на грязном гоблинском складе, никто есть не собирается.

– Да это… – я замялся, пытаясь подобрать слова, – Чтоб ёжика почувствовать.

– А ты уверен, братан?

– Наверное, – я пожал плечами, а потом твёрдо кивнул, – Говорят, что гномы используют это для магии.

– ДРУ-У-У-УГ!!! – вдруг прокатился по складу дикий ор.

Голос был хриплый и мощный, будто шёл из трубы. Тут же немного содрогнулись ящики – где-то в дальней стороне склада рухнул штабель ящиков.

– ДОМО-О-ОЙ!!!

Мы все притихли, переглядываясь, а потом я прошептал:

– Какой ещё друг?

Боря усмехнулся, покосившись на Лекаря:

– Самый лучший друган.

Толя только пожал плечами:

– Я ж не виноват. Песня просто вышла ну очень… проникновенная.

– Ядрён батон, да он у Толяна бубен сожрал, а потом полез обниматься.

Лекарь округлил глаза, видимо, вспоминая. И я понял, что у него ещё проблемы посерьёзнее, чем у остальных – нас-то тролль хочет убить, а вот с Толей дружить.

– Биби, держи, – я схватил Манюрову за руку, и хлопнул лоскут мха ей на ладонь, – Как созреешь, съешь.

– Но… я… не…

Я отмахнулся, оставив Биби наедине с сомнениями, потом стал протискиваться мимо ребят к выходу из ряда штабелей. Там падал неясный свет, и на полу уже маячили тени.

Гоблины, судя по шуму, шуровали между ящиками, разыскивая беглецов, и уже приближались к нашему ряду.