Элато. Тропой дерзких

Подождав когда часть жидкости медленно вытечет, я пристроил мех так, чтобы яд с макушки сползал в горлышко. Закрепив его камнями и удостоверившись, что горлышко не сместится, я пошёл на озеро отмываться от крови. 

На ходу вытащил из ноздрей листья, но мне казалось, что запах тлена сейчас везде. На берегу снял одежду и доспехи, которых и осталось-то: наручи да нагрудник, вошёл в воду. Купался недолго. Что-то в сумерках, в этих местах стали вспоминаться минуты детства, когда казалось, что из глубины может ухватить какой-нибудь зубастик, этим всегда пугали старшие, а потом скалили зубы, видя, как мальцы боятся вечером заходить в реку.

 

Конечно, в морях есть чудища, но в этом озере уж точно нет, отсюда многие возвращались. А вот твари на горе завелись, в виде людей. Пусть только попробуют напасть на нас.

Оттерев кожу от крови дракона, подрагивая от холода, выскочил на берег, оделся.

Темно не было: большой серп Ресая уже наполовину поднялся над горизонтом, да и  созвездие Щита не давало подножию горы утонуть во мраке, незаметно мигая холодными синеватыми звёздами.

Вторая луна – Санея сегодня должна быть полной, поэтому темно этой ночью не будет.

По дороге обратно никто не попадался на глаза. Да и кто тут может встретиться кроме людей? Нет здесь никаких животных, почему – это знает полудаена Ахей. Тени между деревьями мерещились, конечно. Но тут безопасно – так твердили все, кто вернулся.

Несмотря на купание в прохладной воде, я устал неимоверно.

Было одно желание – добраться на стоянку и завалиться спать. Даже меч, веса которого никогда не замечал, сейчас отягощал. Ноги уже переставлял благодаря усилию воли. Приближаясь к захоронениям, я снова забил ноздри листьями, было жалко выблёвывать кашу, свистнутую откуда-то Маорой.

Силуэт висевшего вниз головой кашита казался страшным в лунном свете. Яда натекло немало, хотя… время не выдержано, там еще, наверное, и кислота с желудка, но тоже вещь вредная.

Если этой гадостью намазать клинок, то жертве не позавидуешь. Она всё равно умрёт.

Тщательно заткнув мех, я прикопал кашита на место, даже пригоршнями добавил земли из холмика в стороне. 

Когда вернулся к скале, нашёл только валяющегося дракона. Больше никого не было. Недоумевая, я подошёл к тому месту, где мы ели на ковре кашу. Пусто, зато за деревом я уловил свечение… 

Глаза! Это были чьи-то чуждые зрачки, неподвижные, смотрящие на меня.