Элато. Тропой дерзких

И оглушительные раскаты грома – даены сегодня не ленились бить в барабаны.

− Кого несёт? – раздался со стены зычный недовольный голос. Захудалая такая стеночка, нормальный таран её развалит в два счёта. Зато с бойницами. Между ними виднелся силуэт стражника, опиравшегося на копьё.

− Паломник, к Древу жизни! – почти выкрикнул я.

− Ворота закрыты, жди до утра, − раздался тот же голос, безразличный.

− Вы издеваетесь? Кто выгонит собаку в непогоду на улицу? Ей и то будку предоставят!

− Ты хочешь в будке переночевать? −  со стены раздался смех, там было человека три, не меньше.

− Если ты не откроешь, я до тебя доберусь! – я разозлился… и замёрз, было не до шуток.

− Давай доберись! Атакуй ворота! Бейте в набат, ребята! Напали дикари всякие на наш городишко! 

Хихиканье со стены привело в ярость.

− Слушай, шутник! Тебе смешно, сухо и тепло. Но завтра я доберусь до тебя, отрежу язык и кину его собакам! 

− Но, но! Не зарывайся! – голос стражника стал более сговорчивым.

− Я тебе три дам! Открывай! Такая непогода! Вишь, как даены бушуют?

Несмотря на шум дождя, ворота разразились жутким скрипом. В проёме ворот показались два бородатых стражника, держащих копья и тускло горящие факелы. Я в нетерпении шлёпнул ящера поводьями по шее. Вперёд! Небрежно бросив три монеты в протянутые ладони начальника стражи, который отличался от остальных лишь начищенными медными пластинами на нагруднике, я спросил, не останавливаясь: − Где тут стали на постой  четверо знатных паломников? 

− А ты думаешь, тут мало людей останавливается?

− Ну… знатных, думаю, мало.

− Езжай прямо по улице шагов пятьсот, слева увидишь… там горят два магических фонаря, которые тухнут на рассвете, а в сумерках сами зажигаются. Там и есть постоялый двор, где остановились трое знатных: два воина и смазливая женщина, но по виду не из тех, что мечтает о семье, а воительница. Я-то уж в этом толк знаю…  

Разговорчивый попался начальник стражи, поэтому пришлось придержать шипуна, который уже весело цокал когтями по брусчатке.

− А четверо, не было четверых сегодня? – спросил я, теряя надежду.  Если они были тут вчера, значит, я опоздал, и они ушли.

− Не было ни вчера, ни сегодня четвёрки воинов. Голытьба всякая, босота… эти да, этих много прошло. А вот из настоящих воинов только трое и явились за два дня.