Подпольная Фабрика Смузи

Ведь именно поэтому Марк Пейдж – последний выживший рептилоид – и открыл филиал Соцсети в Питере, чтобы быть поближе к своему измерению. Без этой тёмной энергии Россия наконец-то встанет с колен!

Лена медленно закрыла лицо рукой. Степан с опаской посмотрел на Эдика. Вид у того был серьёзный. В голове Степана всплыло видео, которое он когда-то давно смотрел за обедом. Там рассказывалось про особенно коварных паразитов, которые заползают людям в мозг и могут вызвать у них склонность к параноидальным мыслям, к вере в конспирологические теории и в ложные суждения в целом.

Установилось молчание, прерывавшееся лишь матом Ивана и металлическим скрежетом, издаваемым машиной. Через пару минут Эдик достал из кармана толстый конверт. Степан заметил, что внутри была какая-то фотография. Этот конверт Эдик передал Ивану, и тот с довольным лицом положил его к себе в карман.

«Что это они замышляют?»

– Так зачем вам в центр? – спросил Степан.

– Шоб замошить Дмитрия Владимировича, – будничным тоном сообщил Иван.

– Замочить? Премьер-министра?

Степан испуганно посмотрел на ручку двери. Идея выпрыгнуть из машины больше не казалась ему такой уж безумной.

– Стёпа, держи совет: не воспринимай слова Ивана буквально, – сказала Лена. – Не в прямом смысле мочить, конечно же. У нас есть компромат на премьер-министра, и мы придумали, как эту информацию можно распространить, несмотря на цензуру Соцсети.

– Подожди, а при чём здесь Дмитрий Владимирович? – спросил Степан.

– Дело в том, что именно он предложил обязать граждан России поставить себе на телефоны приложение Соцсети и предоставить корпорации данные всех граждан. А ещё это он передал Соцсети Башню, воспользовавшись своим положением. Сейчас он в Совете директоров Соцсети.

– Так вы, значит, не только против Соцсети воюете, но и против всего правительства? – спросил Степан. – Ну, удачи вам.

– У нас нет выбора, – продолжила Лена. – В полицейском государстве практически невозможно привлечь власть к ответственности: можно лишь нанести удар по репутации политиков или вызвать конфликт в элите.

– Или, не знаю, можно не париться и жить, как обычно, – ответил Степан.

– Ха, Лен, а тебе-то есть шему поушиться у Стёпыча! – сказал Иван.

Лена неодобрительно посмотрела на пранкера, который в этот момент выруливал на парковку.