Хроники Двенадцати Миров: Три Воителя

Осторожно, с почти отеческой заботой Фейнир поднес ее к потолку и открыл крышку. Тотчас из корзинки посыпались во все стороны большие светлячки, и комната озарилась их мягким желто-зеленым свечением. Оно становилось ярче по мере того как из корзинки выползали все новые и новые светляки, и в момент, когда в помещении стало почти также светло как днем, Фейнир аккуратно вернул плетеную крышку на место. Снова сев на лавку, друид поднял глаза, и на какое-то мгновение взгляд его приковал к себе танец маленьких фонарщиков – они кружились под потолком, создавая фантастический, сверкающий изумрудным огнем хоровод.

«Я должен увидеть, кто или что скрывается в этом тумане. Но его нельзя рассеять. А значит… нужно смотреть не глазами».

Эта догадка показалась ему единственно верным решением. На ходу придумывая план действий, друид спешно снял шапку и валенки, расстегнул тулуп, сложил все на лавку и кинулся к своему сундуку с редкими травами, без которых он не смог бы провести нужный обряд.

- Значит, так… да, именно это мне и нужно! Конечно, в помещении связь со стихиями будет не такой, как на улице, но рисковать я не могу.

Действовать нужно было быстро. Ингредиенты, необходимые для обряда слияния, были у Фейнира под рукой, но нужные пропорции было крайне сложно соблюсти. Терпеливо отмеряя на маленьких латунных весах граны каждого компонента, друид взволновался еще сильнее – вдруг он не успеет? Вдруг враг нападет на него раньше, чем он подготовится к обороне? Да, конечно, заклинания-обереги окружали его дом со всех сторон, но тот, кто пришел в Коедвиг, явно и сам был сведущ в колдовстве, так что на защиту чар Фейниру надеяться не приходилось…

Наконец, получив нужные части, друид смешал их в ступке, истолок и высыпал в небольшую бронзовую курильню.

«И все же забавно, - подумал Фейнир, - чтобы одолеть туман, приходится использовать дым».

Минуту спустя комната, озаренная светом самых безобидных тварей Коедвигского леса, на какой-то миг пропала из сознания лесного жреца. Но он чувствовал какой-то разлад, и это не давало ему сосредоточиться. Для задуманного им ритуала необходимо было полностью очистить свой разум. Всеми силами он старался укрепить мысль о том, что гармония, которой он, казалось, теперь лишился, по-прежнему здесь, что она всегда была с ним и будет.