Хроники Двенадцати Миров: Три Воителя

Но сначала он решил почитать новостной портал.

Когда же Артур, наконец, понял, что микроволновка уже несколько минут радостно возвещает о разогретом пироге, а чайник давно вскипел, он стряхнул с себя липкие, словно паучьи сети, чары Интернета и вскочил с места…

…чтобы тут же упасть, скорчившись всем телом от жуткой боли в висках. Лицо юноши перекосила жуткая гримаса, ведь внезапная боль пронзила его голову словно раскаленный прут, который теперь будто кто-то проворачивал, ввинчивая все глубже и глубже в безумной попытке раскроить череп.

Не в силах терпеть адские муки, Артур вскоре потерял сознание.

Часть II. Глава 5. Остров

1

… и все-таки радость забвения оказалась быстротечна и мимолетна.

Душа юноши билась в агонии, тело расползалось по молекулярным швам. Боль поглотила все: снизу и сверху, внутри и снаружи – везде была она, беспощадная и тупая, словно острие старого мясницкого ножа. Артур кричал, но не слышал себя. В какой-то момент он понял, что бесплотным духом парит над собственным телом, а вокруг царит тьма, такая же бесконечная, как и боль.

«Должно быть, я умер, и это ад».

Из-за этой короткой мысли в голове будто прогремел фейерверк. Артур твердо решил больше ни о чем не думать, но следующая мысль пришла сама собой, и за это он мгновенно получил новую порцию прожигающей, рвущей, колющей боли.

«Я здесь, потому что не спас Захара».

Вопреки беспредельным мукам Артур никак не мог потерять сознание.

«Чтобы потерять его, нужно быть живым».

Еще одна вспышка боли.

***

Время превратилось в огромную раскаленную бесформенную массу, которая если и текла куда-то, то очень медленно, пропуская через себя каждую клеточку его тела, каждый осколок поломанного разума. Какой-то частью сознания Артур ощущал присутствие чего-то темного, зловещего и невообразимо большого. Но к его счастью, он не мог этого увидеть, будто гигантские кошмары, обитавшие во тьме, предпочитали оставаться незримыми для жалких смертных душ.

Артур не знал, сколько продолжались его страдания, не мог этого знать, но в какой-то момент потоки боли иссякли, оставив сознание юноши дрейфовать в абсолютном мраке вообще без каких-либо ощущений. И когда он осознал, что больше ничего не чувствует – после долгих мучений это казалось райским наслаждением - где-то впереди, в невообразимой темной пустоте возникла яркая вспышка света.