Сердце Дракона

Со знахаркой сложно было спорить – сердце у него действительно болело.

– В ученики ко мне не зову, – внезапно сказала она. – Другая судьба у тебя, странник Хаджар, владеющий мечом.

Она посмотрела на него настолько многозначительно, что только идиот бы не понял – знахарка знает. Но откуда…

– Торговец много лет назад все уши прожужжал, – сказала она, отвечая на так и не заданный вопрос. – А тут сперва Лида забегала сказать, что река новенького принесла. Потом из леса охотники потрепанные вышли. Робину ноги перебило – полгода теперь с костылем ходить будет.

– Кто-нибудь еще знает? – спросил Хаджар.

Внешне он был спокоен. Хлебал похлебку, мирно беседуя с безобидной старушкой. Но внутри он был готов. К чему? Да к чему угодно. Он уже нашел в этой комнате минимум четыре пути к отступлению и несколько предметов, которые вполне могли сойти за оружие.

– Местные-то? – Гнесса захохотала. – Я их, конечно, люблю, но больше как домашних зверушек. Простые они. Безобидные. Не догадались.

Хаджар вспомнил могучие тела местных мужчин и взрывной нрав женщин. Вот с этим утверждением он бы поспорил, но промолчал. В любой ситуации всегда лучше больше слушать, чем говорить.

– Жаль родителей твоих, странник. – Гнесса забрала опустевшую плошку. – Я их не знала. Куда мне, простой ученице ученого, до королевских приемов, но… Хорошими они были людьми.

Она махнула рукой, поднялась и достала еще одну баночку – с простыми лесными ягодами. Предложила Хаджару, а когда тот отказался, начала трескать их, прямо как семечки. Наверное. Местный образ жизни все же сказывался даже на просвещенных людях.

– Торговец говорил, на юге уже и селений-то нет. И города пустеют. Всех на рудник гонят.

– Правда, – кивнул странник. – Примус заключил договор с империей Дарнас, а та воюет с империей Ласкан. Если Примус хоть ненадолго задержит поставку даже такой, по меркам имперцев, плохой руды, то расквартированный у нас легион имперцев сравняет здесь все с землей.

– Военачальника тоже можно понять.

– Можно понять?! – Хаджар почувствовал, как у сердца разгорается пламя.

– Да ты успокойся, принц без короны, – вспыхнули янтарные глаза.