Перекресток

 И все же работавшая все это время интуиция никуда не собиралась уходить, часто выдергивая свою расслабившуюся хозяйку из возможной ловушки. Скажете, как можно расслабиться, ведь само место, так сказать, не располагает. Однако человеческий организм имеет свои пределы. От постоянной нагрузки сперва обостренные до предела чувства начинают притупляться, человек не получавший долго «по носу» потихоньку теряет бдительность и вот тут его можно брать тепленьким.

 Если бы не интуиция. Эта ветренная девка может долго водить за нос, но лучше каждый раз доверять ей и тогда однажды вы действительно начнете воспринимать ее как наработанное шестое чувство, научившись отделять мнимую опасность от реальной.

 И Лиза, как и каждая уважающая себя женщина, доверяла ей больше, чем холодному, логичному и рассудительному разуму.

Помимо заклинаний, девушке очень помогала подобранная шпага. Сталь этого благородного оружия, как выяснилось в одной из мелких потасовок с иллюзиями, отлично справлялась с любыми проявлениями призраков и прочей мелкой нечисти, поэтому даже исчерпав себя почти досуха, Лиза никогда не оставалась безоружной.

 Наконец, в одной из книг Усольцева нашла описание энергетических каналов в глазах мага и найденное заклинание внезапно оказалось пусть и хорошими, но костылями. Любой уважающий себя волшебник годами развивал свою энергетику, в том числе проводимость глазных каналов. Это давало возможность в любой момент перестроить зрение на нужный магический спектр и вовремя разглядеть ловушки без лишних помощников.

 Лиза, как и любой маг владела этим навыком, но скорее в его зачаточном состоянии. Она, как и положено, видела и умела работать со своим Даром, но видела лишь то, что создавала сама, или то, что ей специально хотели показать, как например Каире при создании видимых во всех спектрах иллюзорных схем или Арса учивший ее работать с учеными пособиями для начинающих аколитов магического искусства.

 – Хм, кто такой Арса? – Лиза оторвалась от книги и посмотрела на труп принца. – Никак не могу вспомнить, хотя образ бородатого коротышки так и маячит перед глазами.

 У нее за последнюю неделю выработалась дурацкая привычка задавать риторические вопросы дохлому аристократу и рассказывать о своих вылазках. Принц в ответ стоически молчал, как и положено настоящему мужчине… или его мертвому телу.