Перекресток

Да и сил у Усольцевой на лечение не осталось, особенно после внеплановой тренировки с телекинезом.

 – Вот тут живем! – Тимка указал пальцем на полуразвалившийся сарай. – Добрая хата, хотя крыша немного прохудилась. 

 – Добрее не бывает, – хмыкнула Лиза и тут же спохватилась, – по сравнению с соседями вообще дворец.

 Если после первых слов Лизы парень зло нахмурился, то вторая часть предложения вновь вернула его в хорошее расположение духа. Как же легко манипулировать неопытными в этом плане юнцами! Пара улыбок и дело в шляпе!

 Лиза поправила шляпу и вздохнула.

 – Батя мой строил, жаль его чума одним из первых забрала. Он тогда торговать рыбой в город поехал. Знатный рыбак был, на всю округу гремел, значит. В деревню даже возвращаться не стал, когда понял, что заразился. Иначе бы нас всех вместе с ним пожгли.

 Снова повисло тягостное молчание, пока он заводил по ветхий навес лошадь и распрягал ее, отцепляя от телеги в полной темноте.

 – Тимка, много привез? – Из избы выглянула старуха в выцветшем платке. – Ого, целую телегу набрал, какой ты молодец!

 – Мам, я не один, – подросток вышел из – за телеги и указал головой на Лизу. 

 – Здравствуйте, ваша милость, – тут же согнулась в поклоне старушка. 

 – И вы здравствуйте. – Моментально ответила Усольцева, сообразив, что крестьянка видать постарела намного раньше своих лет. То ли от тяжелой жизни, то ли от бед, выпавших на долю этой семьи.

 – Проходите пока в дом, к печи, – взволнованно посмотрела старушка на Лизу. – Угостить -то вас не чем, но хоть в тепле…

 Она беспомощно развела руками.

 – В тепле, это хорошо, – улыбнулась в ответ Лиза и вошла в указанный проем двери. – Я не голодна, так что не стоит беспокоиться.

 Пока мать шепотом допрашивала сына о внезапной гостье, девушка вошла в дом и огляделась. Глаза, уже привыкшие к темноте, заметили на печи несколько детских тел. Запах в единственной комнате, служившей и спальней, и кухней одновременно, стоял немного неприятный, но это ее не смутило.

 На печи завозились дети и их любопытные глаза блеснули в темноте. Пока Лиза присаживалась на скамье, сверху донеслись звуки короткой потасовки, и уже спустя несколько секунд по полу прошлепали босые ноги самого мелкого детеныша.