Небесный наследник. Том 1. Том 2

Тело издало протяжный густой звук. Очередная попытка отбиться от Рейна не привела к успеху.

— Не сопротивляйся — смирись с неизбежным! — со смехом произнес Рейн, отрезая Спорофит от головы Тела.

Давно, как же давно он хотел это сделать! Время настало.

Едва желе отделилось от головы, как Тело начало биться в судорогах, потом вновь издало низкий звук, гораздо тише, словно выпуская воздух, и наконец затихло.

— А ты, — Рейн глянул на сочащееся слизью желе в своих руках. — Пойдешь со мной.

И вышел из комнаты.

Всю обратную дорогу до дома, Рейн шел, насвистывая незатейливую мелодию. Настроение в эту ночь у него было превосходным.

Вернувшись в дом, Рейн достал из кармана Спорофит. Глянул на желе, убедиться, что дорогу мерзкое создание перенесло. Потом двинул в подвал.

Оттуда, снизу, уже доносились крики.

Глава 14

Пить.

Как же хочется пить.

Катя открыла глаза — веки показались ей такими тяжелыми, словно налитыми свинцом. Все тот же подвал, тьма, пищащие в углу мыши.

Кажется, она кричала. Или это привиделось? Все словно в каком-то тумане.

Пить. Пить. Пить.

Жажда сдавливала горло, наждачной бумагой обирала нутро.

Что происходит? Странно состояние.

Катя тряхнула головой, пытаясь отогнать усталость и туман, застилающие разум. Не помогло. Тошнило. Слабость пронзала тело странной болью, вытягивая жилы. А еще болели зубы. Сверлящая боль накатывала волнами и порой Кате приходилось хвататься за челюсти и стонать, чтобы хоть как-то выплеснуть ее.

Когда волна боли спадала, туман вновь окутывал разум, едва не погружая в беспамятство. Катя старалась в такие моменты чем-то занять себя — считала падающие капли, пыталась определить сколько мышей возиться в углу. Падать в обморок ей не хотелось.

«Упаду, а мышь обгрызут уши или нос», — подумалось ей, и страх на мгновение стряхнул пелену.

Девушка попыталась отвлечься от невеселых мыслей, но размышления привели лишь к одному вопросу — зачем Рейну ее брат? Какие-то разборки из-за наркотиков?

Ах, этот Аристарх, несносный мальчишка! Восемнадцать лет, а до сих пор мозгов в голове нет.

Катя взглянула на свои бледные трясущие от страха руки и невольно заплакала.

Эх, если бы был жив отец... Ничего этого не было.