Угнетатель аристократов

Снежок спустился вниз по моему телу, насыщая его. Появилась дополнительная энергия, но открылось что-то иное. Да, я получил какое никакое насыщение, но одновременно с этим почувствовал странного происхождения голод.

Абсурд?

Наверное.

Голод этот был не от недостатка еды, а от недостатка чего-то совершенно другой природы. Голодал я от недостатка…энергии? Но какой энергии? Жи́ва, недостатком которой я никогда в жизни не страдал (ещё бы, ведь как-то хватило её для победы в самом главном турнире страны), ощущалась по-иному.

– Ну, рассказывай, – обратился ко мне мужик, крутя в руках большой молоток – как это тебя угораздило?

– В смысле? – Отвлёкшись от своих мыслей и не понимая, в чём состоит вопрос, спросил я.

– В коромысле! – С задором передразнила меня девушка и обменялась усмешками с отцом. – Каждый день, что ли, без сознания за гаражами валяешься? Или мы о тебе ещё многого не знаем?

Под тяжестью дум мои брови осели вниз.

– Если честно – первый раз такое.

– Вроде особых повреждений на тебе я не нашёл. – Сказал мужик. – Может, сотрясение? Ты хоть помнишь, как тебя зовут-то?

– Саня! – На автомате выдал я и осёкся.

Что значит Саня? Ведь все последние минуты мои воспоминания вырисовывались, как воспоминания Антона. Антона Боголюбского, члена одного из самых влиятельных родов Петербурга.

– Стоп… – Как удар молнии, сознание вдруг поразило воспоминание последних секунд моей жизни.

Я встал с лавки и взялся за голову.

– Где я? Какого хрена…

Появилась острая необходимость посмотреться в зеркало. Или не зеркало, чёрт возьми, мне срочно нужно увидеть своё отражение.

Я заметался по помещению, чем напугал девушку и её отца. Их лица сделались беспокойными, почти испуганными. В нескольких метрах, на стене, я увидел небольшое зеркальце, обрамленное пластмассовой оболочкой и приклеенное к твёрдой поверхности.

– Чего? – С раскрытым ртом я глядел на своё отражение и не понимал. А моё ли это отражение? С той стороны на меня потерянно смотрел какой-то пацан. Этим пацаном точно не мог быть я. Ведь мне ещё несколько месяцев назад исполнилось двадцать пять. А этот… совсем ещё мальчишка.