Злодей и его амбиции. Рай на другой земле

Ты хочешь нарушить предопределённый ход событий. Не боишься, что империя Тариан рассыплется, как карточный домик. Слыхал об эффекте бабочки?

— Моя бабочка машет крыльями рядом со мной, — усмехается Андрос и протягивает мне руку, помогает подняться. — Я в центре бушующего урагана. Хаос разойдётся по континенту, и всё перевернётся с ног на голову. От тебя. От меня. Мы — око бури.

— Это предложение? — саркастично ухмыляюсь я. — Учти, никакой свадьбы без красивого кольца с огроменным бриллиантом.

— Ха. Ха. Ха, — безэмоционально чеканит Андрос, но внезапно он переводит взгляд куда-то мне за спину и его глаза расширяются.

Не испуг, но что-то близкое. Неверие. Злость. Тревога. Принятие неизбежного.

Я разворачиваюсь. В дверном проёме стоит Гилберт, этот огромный кусок желе с глазами, и Ламба, толстая нелепая химера. На первый взгляд, угрозы нет — только их удивлённые уродливые морды, словно никогда не видели трупов и разбрызганной по стенам крови. Я хочу пошутить, напугать, воспользоваться преимуществом, но понимаю, что моё тело окаменело — ни рот раскрыть, ни пальцем пошевелить.

Глаза у химеры светятся оранжевым и смотрят прямиком в душу, гипнотизируют. Я засыпаю. Мир тускнеет, воцаряется мрак.

Я не хочу засыпать, потому что отчётливо понимаю — это будет концом, больше мне не позволят проснуться, и Андрос, каким бы хитрым чертякой он ни был, не сможет второй раз обвести вокруг пальца свою братию. Сон — это смерть. Всё во мне поднимается против этого, и я кричу. Мысленно, сам на себя — борись, несчастный слабак, сопротивляйся, очнись! По моему телу, от пяток до макушки, пробегает ласковое тепло.

Моя первая мысль — я опять горю. Вторая — боли нет. Третья — сдохните, твари!

Мои волосы поднимаются тысячью серебряных щупалец, они вьются над моими плечами, прицеливаются, выбирают жертву. Я открываю глаза. Волосы атакуют — протыкают насквозь химеру, вспарывают ему живот, прорезают плоть, как масло, разделяют суставы и одним рывком расчленяют его на пять не очень равных кусков.

Гилберт орёт и улепётывает с неожиданной для слизи скоростью. Мои волосы выстреливают ему вслед, но не дотягиваются — длины не хватает.

— Император ненастоящий! — слышится где-то вдалеке.

— Из-за убийств? — хладнокровно интересуюсь я.

— Нет, — отвечает Андрос и указывает на мои волосы, которые мирно лежат на плечах. Чистые и гладкие. — Из-за этого. Императорам по судьбе написано быть людьми. Магия у правителя империи Тариан — нонсенс. Чушь. Подлог.