Тень девятихвостой лисицы

Доска?! Черт! Дёрнувшись всем телом и услышав в ответ лишь насмешливый лязг цепей, я огляделся и понял, что на меня надели колодку! Шея и руки оказались стиснуты между двух деревяшек, на запястьях и щиколотках – стальные браслеты, цепи от которых тянулись к креплениям в стене. Сука! Да какого хрена тут происходит?! Какая тварь меня заковала? И главное – почему?!

Так, спокойно! Остановив панику усилием воли, я уселся поудобнее – так, чтобы доска не сильно давила на шею – и попытался сообразить, что, собственно, происходит.

В следующее мгновение пол подо мной тряхнуло, и стало ясно, что меня куда-то везут! Интересно… Выходит, этот ящик – что-то навроде тюремного экипажа?

Ладно, хрен с ним. Итак, что мы имеем? Последнее, что я помню – это тот зал, куда нас закинуло вместе с братом даймё. Там я окончательно грохнул Кимуру, и после этого меня укусила змея. Сейчас чувствую себя нормально, ну, если не считать цепей и колодки, а значит, Сэт в который уже раз обломился. Ведь вряд ли эта «карета» как-то связана с ним.

Он и его прихвостни меня бы сразу убили.

Так, что ещё? Девушка на плакате и этот сон… Ну, со сном я разберусь позже, а девчонка, скорее всего, глюк. Хотя жаль, конечно… Красивая… Такая, что я бы съездил с ней на недельку на море. Или на месяц… Блин! Какого черта я не о том думаю?! Хотя хрен ли тут думать? Все ведь понятно и так. Ясудо, скорее всего, того заклинания не пережил, а когда нас выкинуло обратно, его смерть решили повесить на меня. Другой вопрос: как мне отмазаться от обвинения?

– Слушай, а мы опять будем останавливаться около этого леса? – негромкий голос, донесшийся из-за двери, вернул меня из раздумий.

Говорившему было не больше двадцати пяти лет, но, судя по уверенным ноткам в голосе, вряд ли это обыкновенный солдат.

– Да, – мгновение помедлив, ответил второй. – Ночью через Мрачный лес ездят только полные идиоты. Солнце уже клонится к закату, а там почти пятнадцать ри[1] по дороге. Дотемна никак не успеть.

– Да чего там такого страшного? – не унимался первый.

– Мы, когда в Сато ехали, разве там кого, кроме белок, встречали?

– Так мы днём ехали или когда? – в голосе второго послышались раздражённые нотки. – Днём это лес как лес, вся мерзость выползает лишь по ночам. Танака-сан говорил, что страшнее Мрачного леса лишь Аокигахара и проклятый Кимон…

Интересно… Нет, конечно, можно было и дальше послушать их разговор, но пить хотелось нереально, да и плевать мне на все леса вместе взятые.