Четырнадцать в цель

Хотя слышал, что огненные и земляные тоже работали над аналогичным заклинанием, правда, не знаю, что у них в результате получилось. И сразу хочу предупредить: если вздумаете изучать эту методику, ставьте на башмаки стальные подошвы, иначе обувь моментально сорвет.

– Опасное это дело, – поежился Андрей, богатое воображение которого тут же нарисовало картину башмаков, превращенных в фарш вместе с ногами. – Кстати, скажи, если твоя основная сила заключена в самом кристалле, то зачем цеплять его на жезл, ну, или на посох?

Шиш ухмыльнулся и снова зажег на раскрытой ладони язычок пламени:

– Видишь огонек? А вот теперь почувствуй разницу.

Маг поднес к ладони жезл, и пламя, немного дрогнув, стало изменять свою форму. Оно приобрело контуры женского тела, а через пару секунд затанцевало, совершая вращательные движения. Очертания становились все более четкими, манящими и желанными, гипнотизируя неокрепший юный разум, но вдруг все исчезло…

– Ну что, понял? – улыбнулся маг, опуская руку.

Завороженный Андрей отрицательно помотал головой.

– Эх ты! Ладно, объясню проще. Та энергия, которая берется из пространства или из накопителя, не упорядочена. Наши наставники сравнивали эту силу с неорганизованной людской массой. Чтобы заставить ее что-нибудь сделать, нужно приложить неимоверные усилия или упорядочить и разложить на составляющие. Самым удобным инструментом для осуществления последнего является жезл или посох. Посох работает эффективнее, но он довольно тяжелый, поэтому в походах удобнее пользоваться жезлом.

Кстати, и твое оружие является родственным им инструментом. Надо признать, очень интересным инструментом. Тут и кратковременный скоростной накопитель, и преобразователь, и… Я бы хотел его изучить!

– Увы, это пока невозможно, – остудил пыл мага Грэйлон и тут же перевел разговор на нейтральную тему.

***

Поход продолжался. Грэйлон почти все время стал проводить в беседах с Ларри, о чем-то подробно расспрашивая старика. Дисли сдружился с Частоном и даже записал для него несколько фамильных рецептов гномьего пива.

Кориэл шел в одиночестве, как обычно внезапно пропадая для проверки пути и так же неожиданно возникая вновь. Контрабандисты сначала вздрагивали от таких исчезновений и появлений, но вскоре привыкли. В общем, это странствие казалось Андрею не то чтобы приятным, но весьма увлекательным занятием, и он расстроился, когда через неделю пути Частон заявил:

– Увы, мой остроухий друг, но дальше вам придется идти одним, ведь здесь наши тропы расходятся.