Четырнадцать в цель

Перед ним стояла миловидная миниатюрная брюнетка, совсем не похожая на тех вульгарных особ, что в данный момент растаскивали монахов по темным углам. В течение нескольких секунд юноша переводил дыхание, после чего смог произнести всего одно слово:

– Что?

Девушка ухмыльнулась:

– Ты новый послушник? Хотя вряд ли, ты ведь пришел с этим эльфом, другом брата Торсона. А меня зовут Мила. Можно присесть?

И снова у Андрея не нашлось, что ответить. Он сумел выдавить из себя только «Угу» и кивнуть.

– Ты знаешь, а я никогда не общалась с эльфами. Ну, то есть наблюдала за ними и иногда здоровалась, когда они в храм приходили, но чтобы по-дружески – ни разу. Кстати, я послушница, и у меня через месяц будет первая ступень посвящения. А ты чем занимаешься? Вольный стрелок, да? Но ты еще так молод… Наверное, ты ученик эльфа? Это здорово! И стреляешь так же метко, как они? Я сама не видела, как они стреляют, но мой дядя, служивший в пехоте, рассказывал, что, когда один эльф выходит против десяти орков, ему требуется ровно пять выстрелов, чтобы убить их всех.

Медленно попивая вино, Андрей думал о том, что есть вещи и поопасней отряда разгневанных магов, жаждущих твоей смерти. Вот, например, эта девушка, что сидит рядом и засыпает градом вопросов, а у него не то что слов для ответов нет, он даже прогнать ее не может.

Вдруг Мила вскочила и, схватив Андрея за руку, куда-то его потянула.

– Что случилось?

– Тсс, так надо, – загадочно шепнула девчонка и потащила его к лестнице на второй этаж.

То ли это была магия, то ли вино ударило в голову, но Андрей сам не понял, как оказался распростертым нагишом на кровати. Стоящая рядом Мила заканчивала раздеваться.

– Это… не надо, – только и успел пискнуть он, когда к его губам прильнули жаркие девичьи губы.

– Дурачок, – раздался тихий шепот. – Тебе это нужно больше, чем мне, иначе ты погибнешь.

Андрей широко распахнул глаза от изумления. Куда подевалась послушница Многоликого милая болтушка Мила? Прямо перед ним стояла богиня. Черные кудряшки сменились потоками чистейшего серебра, а мальчишеская фигурка приобрела такие изящные формы, что по спине Андрея побежали мурашки. Но больше всего поражали глаза незнакомки.