Краденая магия. Часть 2

Не знаю, пером в этом году потребуют скрести или разрешат творить текст «от сердца» – ну, в смысле, непосредственно магией… В любом случае тебе обязательно нужно освоить оба способа… Эй, что это с тобой? – поняв, что вещает в пустоту, девушка недоуменно обернулась – и только теперь увидела меня, вцепившегося в балюстраду. – Что случилось? – ахнула она.

– Сейчас… – процедил я сквозь плотно стиснутые зубы. – Уже почти отпустило… Голова немного болит, – пояснил наконец.

О наших с Тоётоми ночных подвигах я Наде не рассказывал: неловко как-то было.

– Голова? – нахмурилась моя спутница. – Дай-ка гляну…

Шагнув ко мне, Морозова положила руку мне на лоб. Ладонь девушки показалась мне на удивление холодной – но, должно быть, наоборот, это меня пожирал изнутри огонь мук похмелья.

Несколько секунд Надя стояла неподвижно, будто прислушиваясь к чему-то, потом, покачав головой, обронила:

– Ого! Что ж ты молчал-то? Давно бы попросил исцелить!

– А у тебя мана-то есть после портала? – спросил я.

– На одну дурную головушку хватит. Ну что, делаю?

– Если тебя не затруднит… – с глуповатым, должно быть, видом пробормотал я.

В самом деле, давно следовало призвать на помощь ее магию! Ну да, стыдно было, а сейчас что, не стыдно? Зато уже добрых полчаса назад мог бы вернуться к жизни!

– Может быть немного больно, – по привычке предупредила Морозова. – Хотя о чем это я, – одернула она сама себя. – С такой мигренью ты даже не почувствуешь разницы… О духи, – сокрушенно покачала она головой, – что же ты сразу-то не сказал?.

– Думал, мана нужна на портал, – соврал я. О мане я если и вспоминал, то в самую последнюю очередь.

– Так спросил бы! Ладно, приготовились…

Вспыхнула уже знакомая мне невидимая искра – только сейчас она пробила мне не пальцы, а ударила прямиком в лоб. И боль ушла. Правда не сразу, не в один миг, как в прошлый раз, на аллее. Отступила будто бы нехотя: возможно, ману Наде все же пришлось экономить.

А вот жар внутри меня никуда не делся, лишь переместился из головы куда-то в грудь, под сердце. И был он теперь не угнетающим, не разрушающим – напротив, словно окрылял.

– Готово, – с видом человека, хорошо сделавшего свою работу, девушка убрала руку, но почти непроизвольным движением я поймал ее удаляющуюся ладонь. – Что? – вскинув голову, удивленно спросила Надя.

– Ничего… – пробормотал я, но руки ее не отпустил.