Краденая магия. Часть 1

По-хорошему, уже одними ими вполне можно было насытиться, но, уже зная, что это только закуска, я особо не усердствовал – и не прогадал. Потому как затем прилетел (в буквальном смысле слова прилетел – магия же!) суп из раков, а на смену ему – нежная жареная телятина. И все это великолепие шло под легкое, душистое красное вино. Так-то я к алкоголю особой склонности не питаю – ну, могу с друзьями пива бутылочку выпить, но без фанатизма. Вино так вообще не люблю. Раньше не любил. Как видно, это я просто хороших сортов до сих пор не пробовал – тут мне прям вот зашло.

Надя, насколько я заметил, на вино тоже не особо налегала – ну, может, бокал осилила, так что большая часть стоявшей на столе литровой бутыли досталась Огинскому, чем тот и не преминул воспользоваться.

Но, прежде, еще до ужина, в мое сердце заглянул паук.

На самом деле, конечно, не настоящий паук – дух-фамильяр. Когда Вася прыгнул на меня со стола в кабинете полковника, я уже приготовился ощутить всю мерзость прикосновения его ломаных мохнатых лапок и внутренне весь сжался – но не почувствовал вообще ничего. Фамильяр оказался невесом. И бесплотен – когда я, кривясь, осмелился до него дотронуться, мой палец, не встретив преграды, прошел через золотое тельце насквозь.

«Не надо так делать!» – отчетливо прозвучавший в тот же миг прямо в голове сердитый голос заставил меня вздрогнуть.

– Как – так? – растерянно спросил я.

«Перстами тыкать. Отвлекает!»

– Простите, – пробормотал я под насмешливую улыбку Сергея Казимировича.

– Можете не отвечать ему вслух, сударь – достаточно подумать, – заметил полковник.

– Он что, читает мои мысли? – нахмурился я.

– Разумеется, – кивнул князь.

«Сие побочный эффект – достаточно неприятный, кстати», – в свою очередь беззвучно буркнул фамильяр.

– Но… Блин! Мало ли, о чем я подумаю!

«Вот именно!»

– Учитесь контролировать свои помыслы, сударь, – хмыкнул Сергей Казимирович. – Поверьте: пригодится!

«И для начала потрудитесь перестать именовать меня “этой дрянью”. Сие бестактно и несправедливо!»

– Хорошо, я постараюсь, – обескураженно пробормотал я – все еще вслух.