Мастер теней (III)

Благо, решетчатые ворота уже со скрипом втягивались в потолок, а голос глашатая вновь взвился над ревом толпы:

— Великие боги решили, что противниками степняков сегодня станут хозяева здешнего театра смерти. Закаленные тысячами боев, суровые воины севера, дети Волкоголового бога… клан… «Во-о-о-о-о-олки Утгар-р-р-рда»!

Мне всегда казалось, что это произношение на американский манер, передранное с боксерских поединков, отдает дебилизмом, но сейчас было откровенно пофиг. Адреналин буквально вскипятил кровь, сердце забухало кузнечным молотом.

Толпа визжала, перекрикивая клановую музыкальную заставку, на этот раз — норвежский блэк-металл. Я шагал первым, за мной пылили Веласкес и Ядвига. Оба, как успел заметить мельком, глядели соколами. Ни дать, ни взять — бравые космодесантники, привыкшие ломать любым преградам хребет, а только потом спрашивать.

Это хорошо, это вселяло уверенность.

Центр Арены пересекал низкий метровый заборчик, через равные промежутки трепались на ветру цветные флажки. По краю турнирного поля чередовались, вонзенные в песок, мечи и щиты.

«Но пока туда добежишь за новым ножиком, — отметил я мысленно, — всю команду успеют перебить».

По краям Арены, у начала заборов, ждали слуги, придерживая под узду рыцарских коней и специальные турнирные копья.

— Сначала ломаем копья, — шепнул Веласкес, — а потом начинаем рубиться на мечах. Главное — остаться в седле. Это хорошее преимущество.

— Колдовать можешь сразу? — спросил я быстро.

— Да, но для этого нужен посох в руках. Потому сначала нужно и магам вдоль того забора проскакать.

Я задумался.

За конный бой с почти бутафорскими копьями начисляются в Турнире отдельные очки. Ими пренебрегать нельзя. Но горбатый велет, облаченный в доспех стрелка, — легкая добыча. Рисковать им понапрасну не стоит. И все же, терять шанс нанести хороший урон вражескому магу — тоже.

— В седле сидеть умеешь? — спросил я.

Веласкес оскорбился:

— Мы два месяца тренировались!

Ядвига уронила надменно:

— Мы, на своих уровнях, лучшие бойцы клана!

Пришлось миролюбиво поднимать руки:

— Только не лопните, ишь, напыжились.

— Гляди, — прошипела Ядвига с ненавистью, — сам не слейся в первую минуту.

Дальше препираться не было возможности. Мы подошли к коням, молодецки взлетели в седла. Скакуны нам достались одинаковые: низкорослые, толстоногие, с полными бешенства красными глазами. Впрочем, у соперников были такие же.