Клинок Разума

Громозарцы же помнят свершения темнопоклоников во время их недолгого засилья, когда целые деревни приносились в жертву чтобы усилить воинов для будущей войны с Тильфхетом, города были завалены трупами использованных в ритуале жителей, повсюду царила анархия и беззаконие. Прежде набирающая мощь империя, от одного слова которого государство Света дрожало в ужасе, утратила львиную часть силы, и правящая элита Громозара помнит до сих пор, по чьей вине это произошло. А сейчас я встретился сам непосредственно с темнопоклонниками.

Вглядываясь в темноту, я замечаю трех человек, плотно закутанных в темные плащи. Они зачем то склонились над человеком. Из-за темноты я не могу разглядеть, что они делают с ним, но по долетающим едва слышимым обрывкам непонятных фраз, похожих на змеиное шипение, могу предположить, что ничего хорошего.

???, уровень 38.

???, уровень 39.

???, уровень 35.

-Уходим отсюда, быстро, - твердым тоном заявляет Айренхалль, сворачивая в другой переулок, ведущий прочь от подозрительной тройки.

-Мы ничего не сделаем? – озадаченно спрашивает пораженный словами моего наставника Натаниэл, хищно поигрывая в руках кинжалами. Я тоже удивлен словами Айренхалля, но только не показываю вида. Мне бы сейчас, после прохождения квеста, не помешало снять напряжение уничтожением тварей, впитывающих через кровь и плоть живых силу. Может быть, если человек еще жив, удастся спасти его от проклятого ритуала темных.

-Лучше нам будет убраться от этих монстров как можно дальше, пока они не решили устроить новый ритуал с непосредственно вашим участием, - крайне настороженно и не терпящим возражений тоном говорит Эйранхалль, разбивая в пух и прах мою надежду сразиться с тварями.

- Сражаться с противником вроде них вы пока не готовы, так что лучше будет доложить паладинам, что в трущобах действует наглая ячейка темных.

Недовольно буркнув, Натаниэл уходит вслед за Богами в переулок. Без его помощи мне ни за что не потянуть троих врагов, так что мне остается только одно. Я следую примеру остальных.

Слышу противный нечеловеческий смех монстров, потешающихся над моей трусостью. Спустя секунды, до меня долетает пронзительный крик, почти сразу же заглушенный новым приступом громогласного издевательского смеха. Глубоко вздохнув, пытаюсь успокоить просыпающееся чувство вины, вины за то, что я даже не попытался спасти человека. Пытаюсь заглушить его попытками убедить себя, что когда-нибудь я отомщу за погибшего, а сейчас же продолжаю идти вперед.