Кальдур Живой Доспех V

Я бы туда открыла портал туда из последних сил... И у Дукана в том доме на болотах было прекрасно...

— Тут конечно не бассейн, но на пару глотков хватит...

— Мы же не хотели пробовать это на вкус...

— А я вот почти знаю, что ничего не будет. Хотел оставить на чёрный день, но нам с тобой нужно как-то поправиться идти дальше. Столько всего не сделано.

Она устала кивнула ему, даже и не пытаясь возражать. Он разлил содержимое банки по деревянным чеплашкам, Розари побольше, себе поменьше. Пока он делал это, она неожиданно встрепенулась и попыталась оттереть своё лицо от крови, словно было важно, как она будет выглядеть в этот момент.

— Твоё здоровье.

Выпил. Залпом всё, словно плохую горелку, которую им иногда заносили соседи по деревни за какую-то помощь или подачку.

Розари ещё немного подержала "бокал" в руках, подняла его и так же одним глотком опрокинула. Немного посидела, прикидывая ощущения внутри, выдохнула, запрокинула голову назад и легла.

Вкус мало чем отличался от воды привычной, но внутри очень быстро начало расходиться тепло и расслабление, какое бывало от настоек Дукха. Вместо бодрости Кальдур вдруг ощутил призыв ко сну, настолько сильный, что ему было почти невозможно сопротивляться. Из последних сил он затащил внутрь пещеры уже сопящую Розари, кинул пару поленьев в костёр, устроился рядом на всякий случай, если ей станет плохо, и укрыл их обоих одеялом.

***

Он проснулся от приятного запаха и истомы.

Он не спешил открывать глаза или шевелиться, зная, что в последние дни только вот такая сонная истома и спасала его от боли. Снов своих он не запомнил, только знал, что они были яркими и приятными. И судя по тому, что все части его тела пробудились, вероятно ещё и любовными.

Он лежал, уткнувшись в волосы Розари и приобняв её, и не произвольно отпрянул, осознав это.

От резкого движения она проснулась и тут же залепила ему локтем в живот.

— Ты чего там удумал, свин?!

По силе её вскрика и удара Кальдур понял, что ей куда лучше.

***

— Что такое? — кинула ему Розари, когда он вернулся на позицию и лёг в траву рядом с ней. — Чего лыбишься? Я что смешу тебя теперь?

С холма, на котором они лежали простирался красивый вид. Здесь началась скалистая местность, природа резко менялась, а в далеке уже вырисовывался силуэт горы Ногх, казавшийся отсюда даже красивым и совсем не жутким.